Светлый фон

 

Отступить мы не успели: из таверны вышли семь мужчин в одинаковой броне. По центру нагрудников каждого небрежно намалеван пурпурный круг. В руках воины держали обнаженные клинки, но лезвия запачканы были всего у двоих.

 

В центре семерки шагал низенький мечник. Хоть и крепкий, но в возрасте — заплетенная в косички борода доходила до талии. Остальные шесть — молодые плечистые бугаи. Взгляды, которые бугаи кидали на дедушку, были до безумия преданными. Они будто ждали команды «фас».

 

— Воины клана Кровавой луны, — раздался дрожащий шепот Глебоса. Будто шепот поможет скрыть нас, стоящих посреди улицы.

 

— Аслантос, навестите городскую верхушку — выясните, есть ли у них ищейки, и заставьте их принести извинения, — властно приказал косичкобородый. — Желательно — в золоте, но подойдет и серебро. Надо же, какой-то вшивый горожанишка попытался продать лорду Арку информацию о его собственном сыне. Микол, найдите местных теневых воротил и возьмите откупные… Так, погодите с этим, — наконец заметил нас клановый. И личина Глебоса его не обманула. — Строптивый мальчик сами пришли к нам.

 

— Я никуда не поеду, — быстро сказал пацан.

 

— Глебос, Глебос… — покачал головой косичкобородый. — Как же так, Глебос? Убили стражников — подчиненных вашего клана, между прочим, расстроили отца. А все из-за чего? Из-за рассказов какой-то полоумной старушки? Прав был ваш отец — нужно было вырвать языки всей прислуге. Жаль, что всё ограничилось лишь словами.

 

Глебос закаменел. Он нечитаемым взглядом смотрел на десяток воинов со знаками клана Кровавой луны. Что меня порадовало — страха в том взгляде точно не было.

 

— Давайте поговорим в пути, — кивнул косичкобородый на карету. — Там удобные и мягкие сидения, отличные рессоры, но придётся надеть артефактные браслеты — уж извините, но ваш отец приказал быть с вами осторожным.

 

Глебос не шевельнулся, но косичкобородый уже обратился к стоящим рядом воинам:

 

— А этого — прикончить, — махнул рукой на меня, и в нашу сторону выдвинулись сразу трое. — Таков приказ вашего отца, Глебос, не обессудьте.