Вышли вместе, но на углу Невского расстались, и я пошел провожать Зощенко, который жил на улице Чайковского. У Авербаха он не проронил ни слова и теперь, когда я заговорил о встрече, неохотно поддержал разговор.

«Это антинародно, - сказал он. - Конечно, все можно навязать, но все- таки, я думаю, не удастся. Это все-таки сложно с такой литературой, как наша. А может быть, и удастся, потому что энергия адская. К ней бы еще и талант! Но таланта нет, и отсюда все качества».

Я не буду подробно описывать все перипетии борьбы рапповцев за власть, это очень долгая и «многонаселенная» история, перейду сразу к результатам.

Результаты проявились к началу 1930-х и состояли в том, что никаких других литературных группировок, кроме РАПП, в стране де-факто не осталось. Только РАПП и множество неорганизованных «попутчиков», которых рапповцы в меру сил прорабатывали, критиковали и учили жизни.

Схема выноса конкурентов была отработана. Один за другим в РАПП вступают ведущие писатели и поэты страны, ранее состоявшие в других объединениях. Дело даже не в том, что ассоциация пролетарских писателей стала самой многочисленной и самой влиятельной литературной группировкой страны – хотя и это, разумеется, было более чем весомым аргументом для многих практичных неофитов.

Но все-таки гораздо важнее было то, что Авербах сотоварищи убедили всех, что именно они являются полномочными представителями коммунистической идеи в литературе и проводниками линии партии, а все остальные в той или иной степени – мелкобуржуазные и заблуждающиеся.

В тогдашней предельно идеологической стране, обитатели которой в большинстве своем были искренними строителями социализма – это было более чем серьезно.

Этот процесс достиг своего пика в феврале 1930 года.

Сначала в РАПП вступают два знаменитых поэта-конструктивиста, едва ли не самые крупные фигуры в этой группировке – Владимир Луговской и Эдуард Багрицкий (Луговского запомните, он еще не раз появится на страницах этой книги). Оставшийся, по сути, в одиночестве, основатель «Литературного центра конструктивистов», поэт Илья Сельвинский через несколько месяцев заявляет о самороспуске объединения.

И в том же самом феврале 30-го в РАПП приходит Владимир Маяковский – самая крупная фигура в литературе Советской России, еще недавно возглавлявший главного конкурента РАППа – почивший к тому времени в бозе «Левый фронт искусств» или просто ЛЕФ.

Произошло это на юбилейной выставке Владимира Владимировича «20 лет работы» и вот знаменитая фотография этого достопамятного события, обычно именуемая «Маковский с лидерами РАПП». Слева направо – Алексей Сурков, Александр Фадеев, Владимир Маяковский, Владимир Ставский.