Считается, что первыми словами, произнесёнными на Луне, стала фраза Армстронга: «Хьюстон, говорит база в море Спокойствия. “Игл” сел». Однако прямо перед этим прозвучали слова Олдрина, прилунившего «Игл»: «Лампа контакта зажглась… О’кей, двигатель выключен». А фраза про мистера Горски – якобы в детстве Армстронг случайно услышал, как его сосед Горски уламывал жену на оральный секс, а та заявила, что согласится лишь тогда, когда соседский мальчишка пробежится по Луне, и Нил, выйдя из «Игла», будто бы сказал: «Удачи, мистер Горски» – не более чем легенда.

Будучи прихожанином пресвитерианской церкви, Олдрин на Луне умудрился причаститься, глотнув вина и закусив хлебом, и прочесть отрывок из Евангелия от Иоанна. Хотя позже признавался, что глубоко верующим никогда не был. А однажды вообще сказал, что, возможно, он атеист, но не стал отрицать, что верит в высшие силы. Олдрин, девичья фамилия матери которого была Moon – Луна (причём родилась она в год первого полёта Райтов, а отец Базза – 12 апреля, в день гагаринского вознесения), как будто решил оспорить советский народный тезис: «Гагарин летал, бога не видал». Баззу запомнилось, как вино «медленно и грациозно закручивалось вверх по стенке чаши» в силу особенностей лунной гравитации. Неверующий Армстронг причащаться не стал, но, по словам Олдрина, смотрел на него «уважительно и молча». В кармане у Нила лежал кусок от пропеллера самолёта братьев Райт.

Астронавтам полагался отдых, но спать они не могли – решили немедленно прогуляться по Луне. Выглянув из «Игла» наружу и осторожно нащупывая ногой твердь, присыпанную лунной пылью, Армстронг произнёс не менее знаменитое, чем гагаринское «Поехали!»: «Один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для человечества».

За ним, минут через двадцать, выбрался Олдрин. Армстронг спросил: «Разве это не что-то? Великолепное зрелище». Олдрин подумал и сказал: «Великолепное запустение».

Поскольку фотоаппарат держал по большей части Армстронг, фигура, которую мы видим на лунных снимках, – это именно Олдрин. Лунный след, отпечатавшийся в космической пыли, тоже оставлен Олдрином. Именно он стал настоящей лунной звездой, пусть с закрытым скафандром лицом. Сам Олдрин гордился ещё и тем, что первым сделал космическое селфи и первым помочился на Луне.

Армстронг, в свою очередь, первым выбросил на Луне мешок с мусором, чтобы освободить место для лунных камней. До него Луна была стерильна. Олдрин позже напишет: «Возможно, будущие космические экологи найдут наши отбросы и будут критиковать нас».