– Ты волнуешься? – прошептал Ален, обняв Лию.

Волновалась ли она? Да, потому что ее мать умерла от этого. Но, улыбнувшись, она мотнула головой.

Утром Ален не стал высаживать ее из машины на полпути, отмахнувшись, что никто не заметит их вместе. Они доехали до работы, обсуждая предстоящее событие. Волнение ощущалось в обоих.

– У меня сегодня счастливый день, Ирена, если мне кто-то испортит настроение, я его убью. – Ален посмотрел на секретаршу и зашел в кабинет. Мариан, идя позади, улыбнулся Ирене.

– Не берите в голову, – извинился он и зашел в кабинет напротив. Сегодня даже он волновался. Ну еще бы. Его драгоценная Лия после ритуала Диаблери будет принадлежать Алену.

Лия, поправив белый халатик, провела рукой по животу и улыбнулась.

– Сегодня твой папа станет моим по закону. Он, конечно, слегка заносчивый, временами вспыльчивый, – она задумалась, – нет, просто вспыльчивый, но ничего. Знаешь, он самый лучший мужчина на свете. Ты будешь как он – сильный, отважный и красивый.

Стук в дверь заставил ее замолчать, убрать руку с живота и обернуться к двери. Старый доктор Ширей зашел к ней, придерживая пачку документов.

– Здравствуй, милая. Принес тебе работы, – улыбнулся старик.

Она взяла у него стопку карт.

– Ты сегодня светишься. Я надеюсь, все улеглось в твоей жизни и ты сделала правильный выбор?

– Да, доктор Ширей, я сделала правильный выбор.

Он отвернулся, направляясь к двери, но резко остановился, хватаясь за сердце. Лия не поняла, что заставило его остановиться, она интуитивно подбежала к старику, хватая за руку, но было уже поздно: доктор Ширей рухнул на пол, закатывая глаза, содрогаясь в судорогах.

– Доктор Ширей! – крикнула Лия, пытаясь расстегнуть ворот его рубашки. – На помощь, Нина!

Но было поздно. Судороги прекратились, и его взгляд потух, оставляя глаза открытыми. Лия вскочила на ноги, наблюдая, как на глазах тело приобретало зеленый цвет. Она вскрикнула, зажала рот рукой, и в глазах потемнело. Она осела на пол рядом с телом доктора Ширея.

Шум доносился будто сквозь сон. Сон? Она слышала чьи-то разговоры, чьи-то руки подхватили ее. Его родной голос.

И опять темнота.

«Доктор Ширей! – слышала она свой голос. – Доктор Ширей!»

Потом снова темнота.

Не может быть! Он умер! Его убило чудовище. Она чувствовала слезы, льющиеся из глаз. Доктор Ширей мертв. Он умер на ее глазах. Она ничего не сделала, чтобы спасти его. Не успела. Слишком быстро. Кто убил его?