– О, великий и пречудный святителю Христов и чудотворче Спиридоне, Керкирская похвало, всея вселенныя светильниче пресветлый, теплый к богу молитвенниче и всем к тебе прибегающим и с верою молящимся скоропредстательный заступниче! – начал молиться Герман.

Лия тут же почувствовала тошноту, подступающую к горлу. Голова закружилась, и она пошатнулась.

«Я люблю тебя, девочка моя, люблю больше жизни», – подумал Ален, увидев ее состояние.

Она посмотрела на него, почувствовав его мысли, и нахлынувшая тошнота прошла, голова больше не кружилась, девушка твердо стояла на ногах.

«Я люблю тебя сильнее, ведь нас двое, – она не отрываясь смотрела на него, – моей любви хватит больше чем на вечность».

– …избави нас от всякаго злаго обстояния: от глада, потопа, огня и смертоносныя язвы. Ты бо во временней жизни своей от всех сих бедствий избавлял еси людей твоих: от нашествия агарян и от глада страну твою сохранил еси, царя от неисцельнаго недуга…

«Моей любви хватит на вас двоих, и вечности будет мало». – Ален не слышал слов Германа, он лишь видел любимую женщину, гордо стоящую возле стены, и не отрываясь смотрел на нее.

Марк нахмурился и проследил за его взглядом, что не ускользнуло от Мариана. Читая про себя слова Бенедекта на угорском языке, как было написано в книге, Мариан удовлетворенно улыбнулся. Марк вряд ли что-то может сделать против Диаблери. План работал, и это радовало.

– …благодарение Отцу, и Сыну, и Духу Святому ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Герман перекрестился, и верующие люди повторили эту процедуру. Глаза Марка встретились с черным взглядом Алена. Он ждал с интересом, как перекрестится вампир, но сам не поднял даже руки. Но ждал не только он, ждали люди, устремившие свои взгляды на начальника.

«Ты сможешь. Сделай это ради нас, ради нашей любви и помни, что я люблю тебя, – подумала Лия и зашептала: – Люблю тебя, люблю, люблю…»

Мариан закрыл глаза, зная, что сейчас Ален сделает то, что не сделал бы ни один вампир. Он сможет. Лия поможет ему.

Набрав полные легкие воздуха и опустив глаза, Ален перекрестил себя и выдохнул, уже смотря на Марка.

Мариан открыл глаза и посмотрел на своего начальника.

– Как ты?

Ален сидел все так же гордо, и его взгляд был устремлен на врага, который не ожидал такого поворота. В глазах Марка Вольфа читалось сначала удивление, потом испуг, потом хитрая ухмылка завладела его губами.

– Как в аду, – усмехнулся Ален.

Мариан кивнул. Даже такой ответ его устраивал.

– Братья и сестры, – продолжал Герман, – помолитесь святому Спиридону Тримифунтскому и подойдите ко мне каждый, я благословлю вас.