Случившееся напоминало дурной сон. Я не верил, отказывался верить окончательно, искал несостыковки. Сознание выдернуло наиболее мелкую деталь, зацепилось за неё, как утопающий за соломинку:

— Разве у богов есть начальство?

— Тебя правда заботит иерархия божественного общества? — приподняла бровь богиня.

— Ну, я мёртв. Полагаю, у меня теперь полно времени по вашей вине.

Эмилиа небрежно махнула ладонью.

— Не зарывайся. Ты бы всё равно прожил от силы пару месяцев.

— А что потом?

— Потом тебя отравила бы жена.

Я шумно вздохнул.

— Говорил же дядя не доверять женщинам. А он был женат трижды. И почему я его не послушал?..

Я спохватился, опасаясь женской солидарности.

— Это я так, безотносительно богов.

— Да ничего, — разрешила Эмилиа, — ты же не обижаешься на муравьёв, даже если какой-нибудь особо ретивый кусает тебя.

Она прошла мимо меня и изящно нагнулась, рассматривая надпись, до которой я так и не добрался.

— Прекрасная работа. И девиз отпечатался целиком. У тебя пластичный разум.

Я не понял, о чём она, но сравнение смертных с муравьями покоробило.

— Раз я букашка, зачем эта встреча?

— Затем, что не могу выбросить из головы ошибку, косвенно случившуюся по моей вине. До твоего измерения докатились отголоски… развлечений моего непосредственного начальника. Я не уследила за всеми последствиями, поэтому ты погиб. На мой взгляд, это несправедливо.