Доктор Масаки сунул плоскую бутылку в карман халата, деловито откашлялся и продолжил:

— Н-да… Неудивительно, что ты в шоке. Этот юноша и ты родились в один день, в один час и появились на свет из утробы одной женщины.

— Что?! — воскликнул я, смотря в лицо доктора Масаки. Кажется, я все понял и снова набрался храбрости взглянуть на Итиро Курэ за окном. — Мы… близнецы?

— Нет-нет! — строго помотал головой доктор Масаки. — У вас более близкие отношения, чем у близнецов, и конечно, это не случайное сходство.

— Но… как же?.. — я не договорил, и в голове снова все перемешалось.

Я смотрел на черные глаза доктора Масаки, взирающего на меня сквозь пенсне, на его ироничную улыбку… Издевается или серьезно? Вдруг на его лице появилось сочувственное выражение. Он несколько раз кивнул, закурил сигару и снова выпустил дым.

— Да-да… ты запутался… у тебя ведь приступ хорошо известной, почтенной болезни — аутоскопии.

— Э… аутоскопии?

— Да. Больной аутоскопией наблюдает собственного двойника, который ведет себя совершенно иначе. Поэтому издавна к ней относились как к россказням о привидениях. Но с точки зрения психиатрии это совершенно научное понятие. Однако пережить подобное на личном опыте весьма непросто, я прав?

От волнения я снова потер глаза и в ужасе выглянул в окно… Юноша стоял на том же месте. На этот раз я смог увидеть его профиль.

— Это я… Итиро Курэ… и я… Так кто… Итиро Курэ?

— Ха-ха-ха! Похоже, ты ничего не вспомнил. Ты еще не проснулся.

— Что? Я сплю?

Мои глаза округлились. Я обернулся и принялся смотреть на доктора Масаки то снизу вверх, то сверху вниз. Он же выпятил грудь и принял особо горделивый вид.

— Да. Сейчас ты спишь и видишь сон. А доказательством этого факта служит вот что: глядя в окно, я не вижу на площадке «Клиники свободного лечения» ни одного человека! Только несколько павловний с увядшими листьями, ведь после вчерашнего происшествия вход в «Клинику свободного лечения» был перекрыт. Вот так… Понятно?

Я молчал.

— Сейчас будет немного научных подробностей. В настоящий момент твое сознание занято преимущественно восприятием окружающей действительности — тем, что ты видишь, слышишь, вдыхаешь, ощущаешь на вкус, осязаешь, о чем думаешь, что запоминаешь. А вот та часть мозга, которая отвечает за память о прошлом и говорит, что раньше было то или се, она еще спит. Поэтому, глядя на площадку, ты видишь то, что было там вчера, и наблюдаешь себя — там, в углу. Воспоминание воскресает, словно сон, и заполняет твое сознание. Иллюзия накладывается на реальное восприятие. Иными словами, ты за окном — это объективный образ из прошлого, возникшего как сон благодаря твоей памяти, а ты здесь — это нынешнее субъективное сознание. Сейчас сон и реальность сосуществуют…