— Ладно, понял. Посмотрю, — кивнул я.

По пути в жилой отсек, я наткнулся на Линка. Он был одет в форму персонала и поприветствовал меня сдержанным кивком. Его положение тоже значительно улучшилось. Не знаю, повлияло ли на это мое положительное упоминание его действий в отчете, но теперь его сделали ответственным за искусственный интеллект. Правда, его уже не единожды проверяли на проигодность психологи-псионики, а также красноленточники, но, судя по всему, он все проверки прошел успешно.

Оказавшись в своей ИЖС я тут же подошел к терминалу и открыл голопочту. Непросмотренным значилось одно письмо — от Генеральши. Впрочем, кто еще мог бы мне написать?.. Я открыл его, и передо мной появилось небольшое голографическое изображение Марты Стрейч. Начала она с сухого поздравления, которое длилось всего секунд пять, а потом сразу же перешла к обсуждению выданного ранее поручения, которое выполнил я, как оказалось с ее слов, не совсем точно и не вовремя. Агент уже успел наворотить дел прежде, чем я с ним разобрался. По факту же все так оно и было. Я не смог выявить тайного агента, он заявил о себе сам. Но зато мне удалось его остановить, что по итогу значило, что с заданием я справился, хоть и с оговорками. В благодарностях она тоже не распиналась, лишь сказала, что не забудет этого. На этом послание завершилось. Я его закрыл и лег на койку.

Мне предстояло разобраться с еще одним важным делом. На кровати передо мной лежал диск с энергопотенциалом. Как оказалось, несмотря на существенные повреждения лаборатории, профессору Рогиневу все же удалось слепить одну емкость с жизненно важным для меня ресурсом. Я открыл диск и вылил тягучую эфемерную субстанцию себе в ладонь. Она быстро всосалась, а в нейроинтерфейсе всплыло сообщение:

Энергопотенциал +10000

Я решил проверить общий баланс. Открыл раздел «Состояние» и выбрал нужную строчку:

Энергопотенциал: 20390

Очень неплохо. Хватит на парочку каких-нибудь нейроактиваций. И я даже уже приметил несколько штук на выбор. Но стоило мне развернуть раздел «Нейроактивации», как услышал, как пропиликал терминал, оповещая о входящем сообщении. Ну и кто это? Опять Генеральша?

Я дал голосовую команду открыть входящее сообщение, как передо мной появился знакомый силуэт. Джозеф Картер.

— Номер одиннадцать-сто-четырнадцать, — произнес он стальным голосом. Это был не звонок, а записанное сообщение, но он смотрел мне в глаза, словно находился здесь. — Недавно я получил некролог на Беннера. А другие мои источники раздобыли более точную информацию. — Он помолчал. В глазах разрасталось пламя гнева, но он сдерживался. Сдерживался изо всех сил. — Ты подвел меня. Я просил тебя приглядывать за моим братом, но ты допустил, чтобы его похитили. Потом я попросил его спасти, но ты не сделал и этого. Более того, ты… — он чуть качнул головой, его уже немолодое лицо начало морщиться, и мне даже показалось, что он вот-вот разрыдается. Но начальник Платоса взял себя в руки и продолжил: — Ты собственноручно убил его. Убил. Убил… Убил! Сучий ты подонок! — последние слова он уже выплевывал сквозь зубы, а лицо его исказилось в гневе. Но тут он резко остановился. Вдохнул и выдохнул через нос. — Я обещал тебе, что если ты не выполнишь мою просьбу, я тебя достану. Но в отличие от тебя, я выполняю свои обещания. Всегда. Я доберусь до тебя, номер одиннадцать-сто-четырнадцать. Доберусь, чего бы мне это не стоило. И еще… чтобы ты не думал, что твоя жизнь наладилась, я покажу тебе кое-что интересное. Я хочу, чтобы ты ощутил хотя бы малую часть той боли, которую причинил мне в ответ на доброту. Будь ты проклят, Хоксвелл! А теперь — смотри…