— А ведь реально, может получиться — сказала обрадовавшаяся Наташа.

Сквозь прозрачную оболочку аномалии мы хоть и в искаженном виде, но могли наблюдать за происходящем на практически пустых перронах станции. Так что, когда док, ежесекундно поглядывая на часы, сообщил что именно сейчас, подъедет последний поезд я был на стрёме.

Поезд действительно подъехал вовремя и последний, одинокий пассажир, выскочил из вагона и устремился к эскалаторам. А затем из-за бюста Ильича, как ни в чем не бывало, вышла троица в спецовке работников метрополитена.

Пройдя мимо будки, мы вежливо раскланялись с дородной женщиной в форме и по эскалатору направились к выходу из станции. А уже на улице нас ждал сюрприз.

Я шёл первым так что не удивился, когда заметил, моргнувший фарами зелёный «Москвич», припаркованный в полутьме, на другой стороне улицы.

— Кажется нас уже ждут — предупредил я на ходу и указал спутникам на автомобиль.

— А кто там сидит? Кажется, девушка — с подозрением констатировала Наташа.

— Да, одна моя знакомая — подтвердил я и ради того, чтобы расспросы прекратились, принялся быстро переходить дорогу в неположенном месте.

Глава 42. Перед переговорами

Глава 42. Перед переговорами

Москва. 1978 год.

Исследовательский центр академика Капицы.

Пятый уровень.

— Аркадий Карлович, как думаешь, чем закончится первый раунд переговоров? — спросил академик Капица у главы отдела обнаружения паранормальных явлений и аномальных зон, доктора парапсихологии Феоктистов.

— Ох не знаю Пётр Леонидович. Это же не партийное собрание парткома, нашего научного центра. Там я принятие того или иного решения, могу предсказать с точностью до девяносто девяти целых и девяносто девяти сотых процента. А тут соберутся авторитетные иные, принадлежащие к противоборствующим фракциям. Так называемые новые темные и старые светлые, обязательно устроят долгие прения, со взаимными претензиями и упрёками. Насколько я помню, первый тройственный договор в СССР не могли заключить в течении двух месяцев. И это несмотря на то что ход переговоров курировал лично Лаврентий Павлович Берия, а товарищ Сталин был в курсе всего происходящего — обрисовка ситуацию, Феоктистов с тревогой посмотрел на подсвеченный разноцветными лампочками, двойной, стеклянный экран, отображающий в реальном времени, усложнившуюся паранормальную активность в Московском секторе.

Там в этот момент между нанесенных разноцветными фломастерами, многочисленными отметками и двумя зонами предполагаемого появления аномалий, прямо на сетке координат, появлялись пунктирные линии, очерчивающие примерный периметр, в котором совсем скоро может появиться ещё одна аномалия.