Разместившийся напротив стол, был освещен немного получше, видимо из-за старинного, практически полностью прикрытого шторками фонаря, в котором трепыхалось пламя огарка чёрной свечи.

За ним сидели Ювелир и один из светлых, который вёл каллиграфическим почерком, протокол заседания. Перед новым главой светлых, словно в противовес чёрному мечу, лежала знакомая Нечаеву трость старикашки, с серебряным оголовьем в виде цапли.

— Ну что ж, пожалуй, приступим — сказал генерал КГБ Лапин, сидевший рядом с майором, за отодвинутым вглубь сцены столом. — Папки с собранными документами, выводами межведомственной комиссии и протоколами заседаний, группы экспертов и выводами государственной комиссии, заранее переданы обеим сторонам. Если у кого-то возникли по этому поводу какие-либо вопросы, рядом со мной сидит Майор Нечаев. Глава особого подразделения службы ликвидации паранормальных явлений. Он лично побывал на местах совершения недопустимых нарушений старого тройственного договора, повлёкших за собой гибель тёмного. Именно Нечаев инициировал и вёл первичное расследование. Теперь же майор готов доступно объяснить, откуда именно взялись представленные государственной комиссии доказательства и точные данные.

Как только генерал КГБ закончил говорить, тёмный едва заметно шевельнул рукой и в тот же миг вперёд выступил Вычислитель.

— По поводу собранного материала и косвенных доказательств, у нашей фракции имеются большие сомнения по поводу их подлинности, так как наших представителей, так и не допустили к расследованию. Это нарушение регламента, а это значит, что принять всё за чистую монету мы не сможем.

Опытный иной сразу начал с протеста и майора Нечаева это ни капельки не удивило.

— Допускать обвиняемого в преступлении к расследованию? Да вы батенька большой оригинал — тут же взялся оппонировать Ювелир. — Сначала ваш глава фракции темных сил, затеял нечто совсем нехорошее, полностью перечеркнувшее и разорвавшее тройственный договор. В результате для него это закончилось именно так, как и должно было закончиться — полной аннигиляцией. А теперь вы смеете что-то требовать, причем даже не раскаявшись и не повиновались за содеянное ранее.

Выслушав светлого, Вычислитель скорчил рожу смертельно обиженного человека и недовольно помотал головой.

— Хочу напомнить товарищу Ювелиру, что именно мы пострадавшая сторона, потерявшая нашего безвременно почившего главу. И здесь не судилище тёмных, а место где все стороны, как можно быстрее должны выработать новый свод правил и заключить тройственный договор. Ибо если мы его не заключим, то на территорию СССР и в страны Варшавского договора, со всего мира хлынут иные, не признающие общих законов. А это может привести нас всех к весьма печальным последствиям.