— Да чего вы… подойду я к врачу, подойду, — вполголоса забормотал парень.

— Проконтролируй, Лэнс, — жёстко говорю я, — а не послушается… скажешь мне, — делаю улыбку чуть шире, на что получаю такие же от своих ребят.

Негромко переговариваясь — обсуждая матч, собственные действия и мои рывки с мячом, принёсшие команде больше всего очков, — парни покинули раздевалку.

— Наконец-то! — сбрасывает моя девушка полотенце, подходя к угловому, дальнему шкафчику. Невольно залюбовался изгибами её спортивного, худенького тела. — И как ты с ними справляешься? — открывает простенький замочек и снимает его, после чего с усмешкой разворачивается ко мне.

В глазах японки я замечаю искру довольства, когда она поняла, что я откровенно пялюсь на неё.

— Разве в команде поддержки не то же самое? Как себя ведёт ваша Кристалл? — поинтересовался я, не делая попыток отвести взгляд.

— Эта злобная сука умеет только орать, — хохотнула девушка, эротично изгибаясь.

Ощущаю, что, несмотря на разрядку в душевой, снова чувствую напряжение в только что надетых штанах. И она заметила это. Притворно строго хмурюсь, получая в ответ ехидную улыбку.

— Ну же, не отмалчивайся! Раскрой секрет управления этими орангутанами. Поведай, как часто приходится их бить? — Наоми начала доставать одежду.

— Ну что ты, я белый и пушистый, — с некоторым сожалением отворачиваюсь я и проверяю свой шкафчик на тему того, все ли вещи забрал и ничего ли не выпало из карманов или отделений сумки, а то бывал такой опыт. Неприятный, честно сказать.

— Смотри, не скажи такое при Майкле. — Её грудь прячется под лифчиком, а длинные ножки — под гольфами. Вот так вот… ещё пара минут — и ни одного открытого участка кожи не останется. Остаётся ловить уходящие мгновения.

Мысленно улыбаюсь. К счастью, это не последняя моя возможность вдоволь ею налюбоваться.

— Думаешь, он даже в этих словах найдёт расизм? То есть серьёзно? — Руки прошли по карманам, замкам и застёжкам. После этого достаю из сумки мобильник, проверяя время, уровень зарядки и пропущенные звонки. Последних было аж три. Кто там опять?..

Хм. Тренер, мать и брат. Последние, видимо, хотели узнать, как прошёл матч. Хотя, зная Дану, она уже наверняка позвонила Бауверсу. Мысленно усмехнулся.

— Ох, милый мой, — притворно вздохнула Наоми, — уж поверь мне, иностранке, что нас учат находить расизм чуть ли не с первых же дней пребывания в благословлённой богом Америке.

— «Иностранке»? — негромко хмыкаю. — Мы ведь уже решили этот вопрос.

Она аж заурчала, словно большая кошка, довольно и тепло, а потом быстро повернулась и коротко поцеловала меня, тут же продолжив одеваться.