Из-за колонны выходит еще одна фигура:

– Твой дедушка прикажет подать тебе самые лучшие блюда в Дуате. Я отведу тебя к нему.

Голос звучит как змеиное шипение. У меня по спине пробегают мурашки, и это ощущение усиливается, когда воин-призрак придвигается ближе. Фигура выходит на свет. Амунет брыкается и дерется, но у нее нет шансов против бога с маской шакала на голове, который ее удерживает. Это Анубис – один из египетских богов мертвых. Он обладает кожей черного цвета, как у тел мертвецов после мумификации. Анубис – как раз тот ребенок, которого Осирис зачал Нефтиде, и, судя по всему, этот сын больше предан отцу, чем Гор.

– Поставь ее, – требует Кимми. – Зачем девочка понадобилась Осирису?

– О, мы что-нибудь придумаем. – Появляется вторая фигура, и я хмурюсь. Вообще-то Исида должна сидеть под арестом в Каире. Исрафил тоже где-то здесь? – Он вырастит ее в Дуате, – говорит богиня, понизив голос, словно делится тайной. – Раз уж Осирис больше не сможет вернуться в Атлантиду, то с ним должен остаться хоть кто-то из членов семьи. – Она кладет руку на голову девочки, которая неподвижно застывает в руках Анубиса. – Гор в итоге оказался для нас сплошным разочарованием. Об этом ребенке мы позаботимся лучше.

Люди считают Исиду защитницей и покровительницей всех существ, которые страдают или из-за чего-то переживают. Но неожиданно понимаю, что эта змея никогда не заботилась ни о ком, кроме себя самой.

– Гор, Сет и Азраэль ее вернут, – сообщаю уверенным тоном. – Пока ты еще можешь попросить прощения и раскаяться. Тогда твое наказание будет не слишком суровым. Гор любит тебя. Ты его мать.

Запрокинув голову, Исида смеется. У меня все сжимается в животе, потому что этот смех напоминает хохот сумасшедшей.

– Ты. – Успокоившись, она показывает пальцем на меня. – Ты все разрушила. Вы, люди, всегда были слабыми, и вами было так легко манипулировать. Тебе полагалось просто найти регалии, а не лезть во все подряд.

Тихо выругавшись, на мгновение я жалею, что больше не вампир. Будучи человеком, против нее я бессильна. Не тешу себя иллюзией, будто Намик или один-единственный воин-призрак сумеют меня защитить. Главное, чтобы она не навредила Кимми, Юне, Саймону или Амунет. Данте обещал прислать еще стражников. Наверняка ждать осталось недолго.

– Они недооценили меня тогда, недооценивают и сейчас, – нараспев произносит Исида. – Осирис никогда не разработал бы такой план.

У меня ускоряется пульс, однако я настолько отвыкла от подобной реакции собственного тела, что начинаю задыхаться.

– Это ты передала проклятие Аль-Джанну? Ты хотела заполучить регалии для себя? – Нужно отвлечь ее разговором. Исида еще не смирилась со своим поражением и хочет похвастаться мастерской работой. Страдающие манией величия всегда этого хотят, тут боги не отличаются от людей.