По коридорам Особого следственного изолятора при Главной прокуратуре разносился тихий шелест шагов. Особенно мрачный на фоне давящей тишины пустых за редким исключением камер, он казался чем-то практически невозможным. Немногочисленные пленники неверяще терли глаза и торопливо приникали к решеткам, пялясь на невиданное зрелище. Здесь, в одном из самых защищенных мест российского государства, содержались только подозревавшиеся в наиболее тяжких преступлениях, и никаких гостей ни один из них не ждал. По крайней мере, уж точно не здесь, внизу — положенные заключенным свидания проходили в специальных помещениях двумя этажами выше, а вот сюда… Сюда доступ был у крайне ограниченного круга лиц. И человек в длинной мантии с глубоким капюшоном, полностью скрывавших его фигуру и лицо, абсолютно не походил на привычных местным обитателям посетителей, обычно носивших форму охраны или кители следователей. Но самое невероятное — он был совершенно один, ни охраны, ни сопровождающих… Такое впервые видели даже наиболее «опытные» из сидельцев.

Между тем, загадочный гость полностью игнорировал обращенные на него взгляды и редкие попытки окликнуть. Он шел словно хозяин, следуя одному ему известной цели и не оглядываясь по сторонам.

Наконец он остановился.

— Здравствуй, юноша. Как ты? — раздался тихий, но одновременно очень глубокий и полный силы голос.

Сидящий в углу камеры человек встрепенулся. Прошелестела отброшенная книга, и в прутья решетки вцепились побелевшие от напряжения пальцы.

— Это правда вы⁈ Боги, как же я рад вас видеть… Прошу, вытащите меня отсюда! Вам ведь под силу, вы…

— Ты понимаешь, где оступился?

— Да, — уткнулся лбом в холодную сталь Юрий. Его камера находилась в самом конце коридора: столь важного «постояльца» постарались отгородить от всего мира, и никаких «соседей» у него не было. Но увидь вдруг кто-нибудь эту картину, вряд ли поверил своим глазам: чтобы гордый и самолюбивый Юрий Романов склонил перед кем-то голову? Такое было попросту невозможно.

— Это хорошо…

— Вы ведь мне поможете? — с надеждой вгляделся в темный провал капюшона опальный принц.

— А ведь такой перспективный был проект… Обидно.

— Дайте мне еще один шанс, я справлюсь! — торопливо зашептал Юрий, отчаянно цепляясь за свою последнюю соломинку. — Немного вашей поддержки, и я…

— Жаль, что ты потерпел крах. Более того, своей глупостью, недальновидностью и поспешностью ты умудрился вызвать обратный эффект, что даже забавно. В любом случае, отрицательный результат — тоже результат. Хорошей тебе жизни, юный принц…