— Говори, что хотела, — шепчу бесцветным голосом.

И почему на душе вдруг так погано и пусто⁈

Глава 27. Обожаю суккубов

Глава 27. Обожаю суккубов

Полностью экипированная Лихетта усаживается рядом со мной на деревянную ступеньку с заметной неловкостью. Взгляд потупила, как подошла, и теперь пристроилась аккуратно впритирку, наверное, чтобы на меня не смотреть.

— Рассказывай, не томи, — хмыкаю почему — то уже заранее взвинченный, глядя сквозь лесополосу, где наши заканчивают возню со сворачиванием лагеря. — Что мне следует знать о нашей Огнепламенной?

Сотница вздохнула глубоко и начала удручённо:

— Это не секрет, что женщины Кусубата в минуты опасности и по желанию могут усиливать свои тела. Очень редко, когда мужчины, и не все из женщин, но те, кто могут, становятся воинами.

— Боевая трансформация, и что? — Брякаю, перебивая.

— Мы называем это иначе. Боевая форма, — продолжает спокойно. — Но мало кто из вас знает, что форма имеет ранг, который присваивается в зависимости от степени её мощи. Чем сильнее форма, тем выше ранг. Обычные воительницы имеют первый, я и мне подобные командиры достигают второго, так и проявляемся в бою, получая лидерство и выживанием — мудрость. Но это не предел. Некоторые суккубы достигают и третьего ранга формы.

— Имира, — бросаю хмуро.

— Имира и Хана, — соглашается Лихетта. — Это есть и слава, и проклятье рода. Потому что они не могут контролировать себя во время страсти. Хана убила семерых своих мужей в момент совокупления и только после этого поняла всю серьёзность своей проблемы.

— Неужели всё так плохо?

— Да, сломанные шеи, вырванные причиндалы, последнему во время свершения пика она выдавила глаза.

Бррр, чур меня. Нахер эту бешеную «маму Стифлера».

— Самка богомола, млять, — выругался я, покрываясь мурашками и кутаясь плотнее.

— Не слышала о таких, — выпалила сотница деловито и дальше: — Имира с тем же проклятьем. Она не может контролировать свою силу во время, ну ты понял.

— И все об этом знали? — Ахаю.

— Я пыталась предупредить…

— Ладно я, об этом позже, — перебил заведённый. — Ты мне лучше скажи, когда её Фейратику впаривали, кто об этом знал⁇ А?