— До рек дойдёт и само затухнет, — отвечает Лихетта на выдохе, не уловив намёка.

— Ревекка где? — Уточняю. Ибо после того, как она оделась в уцелевшую часть шмоток, разбросанную по вершине, упустил её из виду. Но успел отметить, что голая грудь в корсете смотрится неплохо.

— Не видела её…

Утром дождь вдруг полил. Полчаса ливня и дальше моросило противно. Небо до вечера накрыло пасмурное. Охренеть, протянули бы с операцией ещё на день и кранты плану!

Двое суток мы плелись ещё по просёлочной дороге в окружении леса и ввалились в первое попавшееся село мокрые, грязные и страшные, как черти с помойки. Хотя больше походили на восставших мертвецов. Даже дождь чёрную кровищу, которая при свете превратилась в ещё более едкое пепелище, с доспехов не смыл. Чуть с вампирами не спутали. Но нам было очень весело! Отмылись в местной речке прямо на виду у оторопевших крестьян, переночевали в двух избах, как сельдь в банке.

Лошадей докупили и сменили на более свежих. Да двинули дальше своих нагонять. Сразу и дорога легче пошла.

Ревекка так и не вернулась с нами поболтать. Наверное, обиделась. Или помчала докладывать своему куратору, что я не тот за кого себя выдаю!

Понимая, что без магии лекарства в будущем не обойтись, в дороге я занялся практикой. Вылечил всех воительниц от травм, потренировался так сказать на кошках. Синяк Рики уже пожелтевший с глаза убрал и царапины на лице Муниры, даже шрама не осталось. Я аж охренел, в том числе и от того, как быстро тает резерв.

С каждым применением боль в голове становилась всё тише. Вскоре понял, что её степень зависит от интенсивности воздействия на организм пациента. То есть, если ты хочешь быстро вылечить человека — будет очень хреново тебе. Если по чуть — чуть, вообще можно не почувствовать боли. Естественно в большей степени зависит от обширности полученной травмы и степени повреждения.

Теперь в пути я с особой внимательностью смотрю за моими пациентками, за которых волнуюсь ещё больше. А вдруг сделал только хуже, а вдруг упадёт с седла и станет корчиться, а если я нарушил закон природы и теперь ей осталось жить… В общем всё в таком духе.

Спустя сутки с небольшим уже отдохнувшие мы прибыли, наконец, в крупный портовый город Андарии Канопус.

Ещё до полудня на основной магистрали перед спуском к городу нас придержали у небольшого поста с тупыми вопросами. Кто куда и откуда.

— Ещё рогатых принесло, — выпалил усатый капитан себе под нос. — Что ж вам за своим Хребтом не сидится.

— Слышь, козёл, — взъелась первой Туллия, рванувшая драться, а точнее перерезать ему глотку. Но я придержал.