- Ну… не плачь! – шепчет он. – Я… уже не сержусь, правда!  Меня задело, что ты настолько не доверяешь мне, что предпочел сбежать, - он снова невольно начал называть меня в мужском роде, - вместо того, чтобы все объяснить, а теперь еще и в ноги бросаешься, и на «вы» называешь… Разве я не доказал тебе тысячу раз свою любовь, что ты так легко сомневаешься в ней?

    Я даже перестала рыдать от огромного удивления. Значит он зол только на это? А как же… мой обман? А как же… мой истинный пол?

   Я осторожно отодвинулась от него и с опаской посмотрела в глаза.

    — Значит, ты не сердишься на то, что я… лгала тебе?

    Он посмотрел на меня долгим испытывающим взглядом.

    - Честно, я до сих пор… в недоумении, - наконец, произнес он, и глаза его невольно опустились на мою грудь, которую я стыдливо прикрывала тряпками и ладонью. – Скажи, «это»… было всегда… или нет?

    В тот момент мне было не постичь того, что он имел в виду под словами «или нет». Неужели в этом мире существовал хоть кто-то, способный периодически менять себе части тела, становясь то мужчиной, то женщиной по своему желанию? Он что, допускает мысль, будто Ариан грудь себе… отрастил???

     Наверное, мое искреннее изумление мощно прорвалось через мою ментальную «атмосферу», так что Рафаэль вдруг смутился и, похоже, начал осознавать полную нелепость своих предположений.

    - Значит… Ариана никогда не существовало? – немного подавленно произнес он, и я тоже слегка поникла.

   - Прости меня, - смирившись с возможными проблемами, прошептала я. – Меня зовут… Арианна! Я… не хотела обманывать тебя, просто… женщин не пускают на войну!..

    Он посмотрел мне в глаза и ничего не ответил. Он был искренне озадачен. Наверное, по-новому оценивал наше с ним совместное прошлое. Потом начал всматриваться в мое лицо, но только как-то жадно, неуверенно, со страхом.

    - Скажи мне, - наконец произнес он с волнением в голосе, - а твои чувства ко мне… они были настоящие или…

    Я вспыхнула. Он спрашивал, пользовалась ли я им в угоду своим тайным планам или все-таки любила по-настоящему? И хотя он имел полное право задавать мне подобные вопросы, меня почему-то это оскорбило.

   Я опустила глаза и с обидой в голосе произнесла:

    - Я скрыла только свой пол. Я… не продажная девица, соблазняющая знатных мужчин ради места потеплее…

   Он легко ощутил мою обиду через «атмосферу» и тут же крепко обнял.

    - Прости меня! Я… не хотел обидеть тебя. Просто… я немного растерян. Я… был уверен, что люблю мужчину, а теперь вдруг…

    Я оттаяла. Вот дура! Еще и обижаюсь! Радоваться надо, что он вообще еще со мной разговаривает!