Нэссиль сетовал на то, что не мог поделиться с ним энергией. Сказал, что с чужими этого не сделаешь так просто и быстро, как хотелось бы.
- Есть только один зоннён… впрочем, он не совсем зоннён… - начал он и запнулся, задумавшись. – В общем, есть один мой дальний родственник, которому по силам исцелить, наверное, любого и даже покойника поднять. Кажется, стоит его позвать немедленно…
Нэссиль поспешил в рубку управления, чтобы поговорить с Руэлем и обсудить этот вопрос, а я осталась одна.
Кстати, среди пленников не нашлось больше ни одного зоннёна, хотя я надеялась, что там будет мой отец…
Стоп!!!
Меня пронзила мысль, которая раньше упорно не приходила в голову. Саалонец сказал, что мой отец много лет служил ему, а если Мо – это единственный зоннён на корабле, то…
Что???
Я соскочила с кушетки и едва не упала от слабости. Но выровнялась и, снова набрав скорость, рванула в каюту неподалеку, где было размещено несколько восстанавливающих камер.
Каждая из семи камер была занята: здесь залечивали некоторых из освобожденных иширцев. Я перебегала от одной камеры к другой, ища изможденное зоннёнское лицо, а когда нашла, то почувствовала, что у меня подкашиваются ноги.
Мо почти не изменился: по-прежнему походил на скелет, разве что кожа теперь была не настолько серой. Глаза были закрыты, дыхание казалось поверхностным и прерывистым.
О Боже, неужели он… и есть мой отец?
Я вспомнила изображение мужчины на старой фотокарточке. Там он казался крепким, хоть и не цветущим. Волосы были обрезаны по плечи, глаза выглядели тусклыми… Судить о сходстве было почти невозможно, но логика убеждала меня: всё сходится.
Я прикоснулась к холодной поверхности стекла на крышке камеры и прошептала:
- Папа… не умирай! Нам ещё надо успеть пожить вместе…
Смахнув слезу, я опустилась около камеры на пол и уткнулась лицом в колени.
В таком положении меня нашел Нэссиль и тревожно потормошил по плечу.
- Юлечка! Почему ты здесь??? Ты должна отдыхать у себя! Мы прилетим уже через пару часов...
Подняла на него уставший взгляд.
- Я нашла его, Нэс… - прошептала надрывно. – Лишь бы только он не умер теперь…
- Кого? - осторожно уточнил парень.