Впрочем, ее это волновало мало. Она жила, как хотела, и все считали, что девушка была одержима злым духом.

Сняв раненого с коня, она бесцеремонно сгрузила его на дощатом полу своего дома, а потом огляделась, ища место, где можно было его пристроить.

Ожоги незнакомца были настолько жуткими, что могло потребоваться аж два бочонка лекарственной мази, чтобы обмазать самые пораженные участки кожи.

Илва выдохнула.

И зачем она взялась за него? Кто такого урода потом у нее купит?

Посетовав на свою непонятную слабохарактерность, девушка, меж тем, всё равно уложила раненого в углу на шкуры и брезгливо освободила его от кусков обгоревшего почерневшего одеяния.

И все-таки он был молод. Это угадывалось по не очень крепкому, но в меру мускулистому телу. Да и лицо, хоть и покореженное огнём, казалось достаточно молодым. Остатки волос на голове были измазаны пеплом, поэтому Илва решила их просто сбрить.

Прикинув, что его молодость может быть достаточно выгодной для нее, девушка все-таки решила повозиться с несчастным.

Сбросив с себя пояс с оружием и связав свои длинные чёрные волосы на затылке узлом, она принялась за дело.

Стараясь не задевать пораженные участки кожи, Илва протерла парня влажной тряпицей, сбрила остатки волос и достала из тайника нужное лекарство. Заживляющими средствами ее обильно снабжала Ора — местная колдунья, с которой Илва якшалась с пятнадцати лет — когда сбежала из приюта. Колдунью все страшно боялись и частенько обвиняли в морах и эпидемиях, но с тех пор, как Илва взяла в руки меч и открыто встала на защиту пожилой мудрой женщины, колдунью больше никто не рисковал задирать из-за страха перед Буйной охотницей.

Щедро измазав раненого смердящей густой субстанцией, Илва накрыла его куском ткани и пошла купаться в ручье.

Ручей протекал прямо за ее домом. Из него она черпала воду, в нем же и мылась. Совершенно беззаботно сбросив с себя абсолютно всю одежду, она погрузилась в воду и начала резво тереть кожу пальцами. Вода была студеной и заставляла активно двигаться.

Несколько раз кто-то из местного поселка, стоящего в трех лиринах от ее домика, порывался подглядывать за ней из-за деревьев, но получил камнем в глаз, лишившись оного, и больше смельчаков не находилось.

Сполоснув волосы, девушка вышла из воды, обмоталась льняной тканью и вернулась в дом.

Разожгла очаг, подогрела немного мяса и, насытившись, прилегла на лавке, периодически поглядывая в сторону своего неожиданного приобретения.

Поездка в город откладывалась, потому что за парнем нужно было присмотреть как минимум неделю. Если выживет, то можно будет планировать, к кому его пристроить. Себе оставлять раба Илва не хотела: хлопот слишком много, да и она часто в разъездах, а за время ее отсутствия он может и сбежать.