— Скорее всего, между нами ментальная связь, Ангелика. Особенная ментальная связь. Ты теперь воспринимаешь окружающий мир не только своими органами чувств, но и… моими. Другого объяснения твоему знанию языка у меня нет…
— А такое бывает? — удивилась я, не убирая руки с его плеча.
— Да, — кивнул мальчишка. — Бывает. Редко, но все же…
И снова тяжелый выдох.
Захотелось просто схватить ладонями его лицо и спросить: я все еще нравлюсь тебе?
А если он скажет «нет»?
Или еще хуже: если он скажет «да» не совсем искренне, а чтобы меня не огорчать???
Это еще хуже! В тысячу раз хуже…
Я этого не хочу.
Выдохнула сама и убрала руку.
Ладно! Надо сосредоточиться на главном.
Я снова уселось на кровать и начала задавать вопросы. Нэй отвечал спокойно, подробно рисуя передо мной картину совершенно необычайного могущественного древнего мира, который сгинул в небытие за сотни тысяч лет до появления Ишира.
От осознания этого всего у меня по телу пробегали мурашки.
Цивилизация предтечей раскинула свои владения на целую галактику, и расстояние между одним концом этих владений и другим насчитывало безумные и фантастические 1,5 миллиона световых лет. Конечно, передвигаться между заселенными планетами можно было только портальными червоточинами, о которых у нас в будущем пока только грезили. Да, переброски кораблей через своеобразные порталы у нас тоже существовали, но расстояния, которые можно было преодолевать таким способом, были далеко не столь велики.
Я слушала все эти подробности с превеликим изумлением, поражаясь безумству этой цивилизации: с одной стороны невероятные научные открытия, делающие предтечей буквально властелинами миров, а с другой, такое примитивное устройство власти — император, многожёнство, рабство…
К тому же я остро улавливала неявные, но очень даже проскальзывающие в чертах Нэя эмоции огорчения, неприятия и боли, когда он упоминал о своих родных. На лицо — проблемы общения, возможно, падение нравственных устоев, скатывание общества к примитивной бесполезной жестокости без единого намека на демократию или равенство.
Как такое вообще возможно? Не должна ли раса, наоборот, укрепиться и стать мощнее, сильнее, нравственнее, если ее развитие — техническое и научное — идет бодро вверх?
Или все мои представления о цивилизованности неверны, или… есть еще что-то — пока неведомое мне — что и повлияло на эту расу столь негативно…