Риан, то есть Сальян — свободный, без следов блокираторов на руках и ногах, стоял около Нэя и тяжело дышал. Его глаза горели в прямом смысле слова, сияя золотистым светом. Он казался древним божеством, в ярости сошедшим на бренную землю, и золотые всколоченные волосы — кстати, кем-то коряво отрезанные — усиливали это сходство.

Кончики его пальцев были обагрены кровью, и я поняла, что недавней вспышкой света, повалившей на пол фактически всех рептилоидов в помещении, был он сам.

— Не подходите! — зарычал Рэш-Ахн, сжимая мое горло еще сильнее и протыкая кожу когтем. — Одно лишнее движение, и я оторву ей голову!!!

Нэй побледнел, Риан сжал кулаки еще крепче, а саалонец лихорадочным движением достал из кармана тот самый пульт, которым угрожал уничтожить заложников всего одним нажатием пальца.

Кнопку он видимо-таки нажал, но, так как Риан остался стоять на месте как ни в чем не бывало, то рептилоид разразился гортанными булькающими словечками на своём, саалонском, и я могла поклясться, что уловила накативший на него ужас.

Он стал пятиться к выходу, держа меня перед собою в качестве щита, но глаза Нэя сузились, и через мгновение он просто растворился в воздухе, словно дух.

Глухой удар в спину, хруст ломаемых позвонков — не моих, а саалонца — и вот уже когтистая рука безвольно оставляет в покое мое горло, освобождая из тисков.

А меня обнимают нежные сильные руки, прижимая к тяжело дышащей груди.

— Все хорошо, любимая, — шепчет Нэй, поглаживая мои волосы и целуя меня в висок. — Он уже не сможет навредить тебе…

А мне хочется обнять его в ответ, зарыться лицом в его волосы, закрыть глаза и застыть так на бесконечное количество времени…

Когда же Нэй отпустил меня, оглядываясь на разбитую старую лабораторию и трупы поверженных похитителей, мне начало казаться, что всё вокруг — это просто дурной сон, от которого уже пора давно проснуться.

— Отец… — Риан сделал шаг вперед, смотря на Нэя распахнутыми синими глазами, в которых плескался океан из боли, надежды и радости.

Нэй окончательно отпустил меня и сделал шаг ему навстречу.

— Сальян… — его голос дрогнул, а руки определенно задрожали. — Это правда ты?

— Да, отец… — ответил Риан с печальной улыбкой. — Я… вспомнил. Вспомнил, кто я. Я выжил. Я верил…

Он хотел сказать что-то еще, но Нэй стремительно сорвался с места, рванул к нему и просто схватил Риана в безудержные объятья.

— Сальян… — прохрипел он неузнаваемым голосом. — Прости, что не узнал тебя. Прости!!! — по его лицу покатились слезы. — Я ужасный отец! Но я так счастлив, что могу сказать тебе хотя бы это…