— И вы, — горестно начинаю отповедь или проповедь, как получится, — проявив героизм и мужество, непреклонно преодолели полезную привычку делать зарядку по утрам и путём таких же героических усилий заменили её валянием в кровати по утрам.

— Ну, я вообще-то в холл выходил, зарядку делал. Только не бегал, — оправдывается Куваев.

— Аэробные упражнения ты ничем не заменишь, — отвечаю горько и с неизбывной грустью, — и бег — самое лучшее из них.

— И так всегда. Кот из дому, мыши в пляс. А девочки?

— Мы не в курсе, — парни пожимают плечами, стараясь не смотреть в глаза.

— Кормите меня ужином, бездельники! — Приказываю без малейшего сомнения в своём праве. Парни кидаются ставить чайник, шуршать какими-то пакетами.

— Вить, кашу сварить? — Предлагает Саня.

— В задницу! — Достаю из рюкзака разносолы. И пирожки. Когда мачеха сказала, что половина с ливером, а другая — с капустой, поверил по-настоящему, что топор войны между нами закопан. Обе начинки мои любимые, ливерные, натурально, вне конкуренции.

— Это с ливером. Вам — по одному. С капустой в общий доступ, а остальные с ливером — только мои, — предупреждаю строго. — Костя, зови девчонок.

Девчонки примчались моментально. Они бегали по утрам на день дольше.

— Без вас скучно, — сказали они, и я моментально их простил.

14 января, время с утра и до вечера.

МГУ, общежитие, учебный корпус, вся Москва.

Погодка, натурально, не очень. Ребята вообще-то правы, под таким мерзопакостным ветерком и простудиться недолго. Во время сессии это чревато. Поэтому план тренировок на ходу изменил.

— Не торопясь, сбегаем на второй этаж, — объявляю всей команде.

— Теперь, торопясь, взбегаем на пятнадцатый, — объявляю внизу.