— Свободен, Колчин, — препод опять смотрит гоголем. Будто сделал меня. На выходе догоняет его весёлый голос.

— Эти задачи, Колчин, ещё никто не решил. Вот и ты не справился, а жаль. Не вышло у тебя повторить подвиг Стокса.

Оборачиваюсь, подбирая челюсть.

— Ну что ж, ВалерьВасильевич. Один один.

— Два один, — возражает препод, хихикая, — задачи-то две.

— Но игра не окончена?

— Нет.

— Хорошо. До свидания.

— Пока, Колчин.

За дверью недоверчиво рассматриваю зачётку, которую украшает очередная победная пятёрка. Но почему-то устойчивое ощущение, что меня обвели вокруг пальца. Наверное, именно из-за раздрая в душе не обращаю внимания на подозрительную мелочь.

— Колчин! — В коридоре меня окликает Овчинников, крепкий парень и староста группы. — Ты экзамены сдаёшь?

— Ну, сдаю, а что?

— Так давай быстрее, сегодня последний день! — И уходит дальше.

Чего это он? Торопит меня за третий курс сдавать? Совсем гикнулся? Гм-м, последний день? Жаль, труднее будет уговаривать преподов.

Общежитие, время 14.10.

Поваляться всё положенное время после обеда мне не дают. В комнату, — я один, мои соседи где-то бродят, — врываются Аня и Женя и утаскивают в театральную мастерскую.

— Картинку мы запросто слепим в фотошопе, — объясняет там патлатый парень, косящий под богему, — но увеличить не можем. Цветной плоттер нужен, а это дорого и недоступно.