— Физика сложнее…
На эти слова Сергей Викторович отчётливо хмыкает, но вслух не спорит.
Сложнее или не сложнее, у меня натурально ещё две попытки есть. Захочу, будет больше. Например, можно на второй год в десятом классе остаться. Или в выпускном. Делюсь идеей с учителями, они одновременно заходятся от хохота. Когда выхожу у своего квартал, напутствуют вслед:
— Колчин, только не вздумай свои хитрые планы в ход пускать…
Ухмыляюсь, иду домой. Завтра друзьям праздник устрою. Мои деньги — имею право.
— Говорила, надо утром идти, — недовольничает Катя. Народ с энтузиазмом воспринял мой план промотать часть призовых с их посильной помощью. Вот мы и направились в кафе.
Попадаем в пробку, в час пик. Но не на дороге, а в кафе не пробиться. Локальное и временное перенаселение случилось. Праздник же. Да ещё попавший точно в воскресенье.
— Пошли в магазин, — а что, в магазине мороженое тоже есть. Кто их там в кафе знает? Они, может, покупают в том же магазине развесное морожение, отвешивают по вазам и продают в два раза дороже.
Набив пакет разновсяким мороженым и фруктами, перемещаемся на наше место во дворе. Опять фиаско, да что ж такое! Наша скамейка с прилагающимся столиком оккупирована местным мужским населением, решившим отметить праздник. Можно бы и пошуметь, — без особого толка, — но среди них Ерохин-старший. Димон сразу за наши спины уходит.
По привычке поворачиваюсь к Зине, но между нами встревает мордашка Полинки.
— Ко мне можно.
Какие-то мифические у неё родители. Много про них слышал, даже одежда и обувь на глаза попадались, но вживую никогда не видел. Что-то в этом таится, мистическое и пугающее.
— Позвони и удостоверься. Зина?
Зина кивает, к ним тоже можно.