— Жить будет, — сообщил я жене.

«Это победа? Вселенная вне опасности?» — спросил меня внутренний голос.

«Надеюсь», — ответил я, чувствуя неимоверную, навалившуюся как-то вдруг усталость.

«Что собираешься делать?»

«Не знаю. В первую очередь я намерен выспаться — ночь выдалась слишком бурной. А там видно будет.»

Люси Озерецкая, дневник

На чем я остановилась в прошлый раз? Ах да, на том, что я вылезла из подземного хода и потребовала, чтобы папан и Андрэ прекратили стрелять в друг друга.

Они как будто послушались, но потом пальба началась заново. Я уже совершенно не понимала, кто в кого стреляет. Насколько можно судить, никто никого не победил, потому что Андрэ переговорил с графом Орловским, вызвал из своего черного портсигара милых зверушек, причем сразу обоих: Пегого и Толстого, — чтобы они помогли одолеть стрелявших. Рядом с папаном находился какой-то страшный человек, который попытался меня застрелить, и папан в него в свою очередь выстрелил и убил.

Или это случилось после того, как зверушки поскакали в сторону выстрелов? Да, наверное. Помню только, что в моего любимца Пегого попали несколько пуль, и я, не помня себя, кинулась к раненому зверьку, чтобы оказать ему первую медицинскую помощь.

После этого все быстро закончилось. Андрэ победил, однако папан оказался ранен второй зверушкой, которая ударила его нижними конечностями в грудь. Оставив Пегого, я кинулась к папану и начала приводить его в чувство.

По счастью, с папаном все оказалось в порядке. Он был немного оглушен, но прошептал, что грудь после удара побаливает. Однако, находился в сознании и вскоре смог даже подняться на ноги. После чего, наморщив по своему обыкновению переносицу, принялся наблюдать, как зверушки заделывают протечку во времени и скрываются затем в мужнином портсигаре.

Протечка во времени действительно побледнела и сделалась почти невидимой.

Жалко, конечно, что в нашем 1812 году не будет уже наладонников и силовых дорог. Но Андрэ объяснил, что иначе мы все погибнем во всемирной катастрофе, а именно: вселенная окажется демонтирована ее создателями-кенгуру. Лучше обойтись без наладонников и силовых дорог, чем погибнуть всем человечеством. Как папан не мог осознать такой простой мысли?! Не было бы тогда ни пистолетной стрельбы, ни вражды между папаном и Андрэ, никаких неприятностей.

С моей помощью папан поднялся на ноги и подошел к продолжавшему бледнеть световому лучу и какому-то исковерканному, сползающему клочьями пространству, из которого световой луч выходил. Пространство на глазах принимало все более и более правильные очертания и вскоре должно было окончательно заделаться. Рядом находились Андрэ с графом Орловским, они тоже наблюдали.