От постоянного крика у меня начал срываться голос. Небольшая цена за расторопность. Небольшая, но неприятная. Если для каждого движения их придется запугивать, далеко нам не уйти.

Глава 34 Большие неприятности

Глава 34 Большие неприятности

Верхние ярусы орочьей крепости встретили нас нестерпимой вонью паленого мяса. Его ошметки валялись на каждом шагу покрытого черной копотью коридора. Их было столь много, что каждый шаг отзывался хрустом обугленных костей. И только собранная из подвернувшегося под руки хлама баррикада позволила выстоять орочьему заслону, из которого все еще торчит добрый десяток копий.

Услышав наше приближение, их черные, измазанные в гнилых потрохах наконечники зашевелились, преграждая проход.

— Разбирай баррикаду, нам пройти надо.

В ответ на мой крик одно из копий затащили за баррикаду. В образовавшийся проем выглянула измазанная сажей орочья морда. Судя по костяным побрякушкам — шаман, а судя по недовольному взгляду — уставший и злой.

— Стоять! — от его крика с потолка осыпалась кучка сажи. — Живых жрете?

— А по нам не видно? — для большей убедительности я помахал у него перед лицом полученным от Грега амулетом.

Орк притих, что-то обмозговывая в своей черепушке.

— Проходите, те, что жрут, не отвечают — он подал сигнал своим, чтобы раздвинули копья. — Живые людишки полезнее мертвых.

С той стороны послышались возмущения, что скоро были подавлены крепким словом на неизвестном мне диалекте и не менее крепкими люлями. Нехотя сомнительная конструкция пришла в движение. Каждый ее элемент норовил рухнуть вниз и погрести под собой работящего орка, но продолжал удерживаться на месте, словно скрепленный некой мистической силой.

Из открывшегося прохода на нас смотрели уже шестеро покрытых сажей орков во главе. И хоть шаман очевидно выступал за главного, на нас он более не обратил внимания. Стертыми в кровь пальцами он продолжал вычерчивать на стенах странные символы, все время что-то бормоча себе под нос.

По разумным причинам народ не сильно торопился проходить мимо этих дружелюбных и приветливых джентльменов, напоминавших собой свору чертей, однако нежить вновь выступила в качестве мотиватора. Один лишь вид огромной клыкастой пасти заставил всех прийти в движение. И пока толпа прорвалась за баррикады, я приготовился дать угрозе отпор. Однако не я один стою на защите людей. Прежде чем монстр успел сорваться с места, тень под его ногами колыхнулась. Одной лишь рукой из нее показалась девушка и ухватившись за ногу ничего не подозревающего монстра, она утащила его за собой.