Своим грубым, дешевым, но оттого не менее эффективным шантажом он загнал меня в угол. На одной чаше весов выбора моя собственная жизнь, а на другой — жизни Грега, которого вообще хрен убьешь; Миры, которая пережила больше месяца в желудке со смертельно опасной кислотой; и людей, которых я видел от силы несколько раз, но разумеется успел сильно привязаться…
Что же я выберу…
Ух ты. Вау. Потрясающе, ты разгадал мой сарказм? Лучше бы и дальше молчал. Слишком уж идеалистичные ожидания ты выстроил на мой счет для всевышней сущности. Я не герой и не идеалист, чтобы, наплевав на последствия, порываться спасти всех и каждого. И подобный метод заключения сделок мне слишком хорошо знаком. Ровно как и его последствия.
Если ты думал, что патовая ситуация заставит меня позабыть что ты такое, то сильно ошибался.
Можешь катиться со своей силой ко всем чертям.
Да-да. Если бы за каждую подобную угрозу мне платили хотя бы по рублю, то я бы уже давно оказался долларовым миллионером.
Как только я разберусь, как от тебя избавиться, найду самую глубокую яму в самой глубокой бездне и оставлю навечно гнить там. А теперь извини, мне людей «спасать» надо. С высунутой из пасти гиганта хлынула… потекла кислота (читать как «стараюсь изо всех сил»).
Осталось в расслабленной атмосфере дождаться падения на землю. Приняв неизбежность всеобщего геноцида, жить стало гораздо легче. Пусть тварь увидит, что воздействовать на меня подобными методами нет ни малейшего смысла.
Исчезло ограничение по времени, а без него гигант уже не будет настолько большой угрозой. Едва он погрузится под землю, как больше не сможет выбраться наружу. Исцелением я превращу его в часть окаменелой породы. Не всего, хватит одних лишь суставов и черепа.
Я устало усмехнулся. Ничего не меняется. Меньшинством жертвуют ради выживания большинства. Звучит как дешевая отговорка моего нежелания спасать всех и каждого, но такова правда. Сидящая внутри меня тварь уже показала, на что способна. Если она вырвется… когда она вырвется, хреново будет всем. И подыгрывать паскуде я не намерен.