Потому, довольствуясь лишь собственной кровью и никакими иными выделениями, я выскочил наружу сквозь дыру от выбитого зуба.

Твердая глина радушно встретила мою склизкую тушу всего лишь парой десятков переломанных костей. Кисть мертвеца на моей груди медленно сползала к горлу, угрожая сжать его в смертельных тисках… показалось. Моя это. Просто жизнью сильно потрепана, да к телу не прикручена. Вот и не признал сразу.

Ровно как и Беню.

С первого взгляда опознать его было непросто, но все же никакая косметика не сможет скрыть от меня собственного питомца. С нашей последней встречи он успел подрасти и неплохо прибавить в весе, но мое растение остается моим растением. Потому когда его рука распустилась на сотни лоз и потянулась ко мне, я совершенно не сопротивлялся.

Одно не пойму, почему система не…

Внимание! Ваш питомец «Пой Беня» завершил эволюцию из «Малая росянка» в «Императорский ловец» 0д:16 ч:37 м назад.

Вспышка света любезно резанула по глазам. Ну, в этот раз меня хотя бы не сожрут после подобного фокуса…

Надеюсь.

— Вы в порядке? — голос с трудом пробивался сквозь растительный покров, но опознать его владельца было не сложно.

В конце концов, не так уж и много людей ходит в протезах из Бени. Пусть и немного подросших…

— В полном, — лозы весьма любезно и жадно собрали с меня налипшие останки тел. — Больше не хандришь?

— А у меня есть на это время? — он перевел взгляд с меня на уже поднимающегося гиганта.

Каким бы тяжелым не казалось состояние монстра, огонь в его глазницах пылал жаждой битвы. Костлявой рукой он утер стекающую с треснувшей челюсти струйку гнили и, опираясь на извлеченное из воздуха костяное копье, сделал приглашающий жест.

— Ну что, — я похлопал парня по огромной лозе. — Готов проверить новое тело?

Глава 42 Битва размеров

Глава 42 Битва размеров

Слова поддержки Марку не требовались. Опутывающие его тело лозы моментально приняли вызов, наращивая толстую, древесную броню на груди и руках. Парень готовился вступить в первый серьезный бой в качестве… попаданца.

И только промелькнувшее на долю секунд черное лезвие не позволило ему перейти от слов к делу. Одним ударом оно отсекло древесную руку, в которой я находился. Рассеченные лозы тут же попытались срастись, но пламя, сотканное из самого мрака, не позволило им даже сдвинуться с места. Шипя и извиваясь в его огне, они отказывались подчиняться даже моим приказам.

Оставалось только с досадой наблюдать приближающуюся землю.