— Вот так всегда: когда тебя дразнят, так всё в порядке, а как начинаешь дразнить в ответ — сразу становишься распоследней сволочью.

Хоть ворчал я тихо, но не сомневался, меня девушка прекрасно слышит. Да и не похоже, что она всерьёз обижается. Так, больше для вида. Я бы даже сказал, что она немного переигрывает, что заметно невооружённым взглядом.

Впрочем, я более чем уверен, как только выйду из душа, у нас снова всё будет хорошо. Не верю я, что она может долго обижаться. Тем более, притворно — это просто бессмысленно для той, кто одним ударом способен отрубить человеку ноги. Да и не настолько она глупа, чтобы повестись на столь очевидную провокацию и принять её за чистую монету — вон, улыбка, которую она изо всех сил пытается скрыть, выдаёт её с головой.

У самого выхода из душа меня ждала чистая одежда — не иначе, Лаура расстаралась. Тоже всё монотонно-чёрное, но я не привередливый, так что поспешил одеться — не разгуливать же по школе, полной детьми, с голым задом.

Когда же я вернулся в комнату, вытирая голову полотенцем, она сидела на подоконнике и смотрела в окно. Благо, размер его позволял устроиться со всем удобством. Картина открывалась взгляду весьма приятная: лучи восходящего солнца, проникающие в окно, создавали светящийся ореол вокруг фигуры девушки, затемняя её, отчего чёрные волосы и одежда становились ещё темнее, придавая увиденному некоторую нереалистичность.

Подойдя ближе, я тоже посмотрел в окно: там, на спортивной площадке собрались дети. Лет по десять, может, больше. Точно сказать трудно — в конце концов, третий этаж. Похоже, у них урок физкультуры, который проводит кто-то покрытый с ног до головы синей шерстью.

Первым негодование выразил мой желудок, напомнив, что пора бы чего пожевать. Вторил ему желудок Лауры, что практически заглушил мой — ей-то пришлось целостность всего организма восстанавливать, тогда как я просто не ел со вчерашнего дня. Ни капли стеснения не промелькнуло во взгляде девушки, что моментально был направлен в мою сторону.

— Да, пора бы и подкрепиться.

Вот только вместо столовой мы вдруг пришли к кабинету Чарльза Ксавьера.

— Я так понимаю, нас очень сильно хотят видеть?

Лаура, с абсолютно безразличным видом пожала плечами, после чего без стука открыла дверь. Мол, внутри всё объяснят. Мне же оставалось только следовать за ней — я тут в гостях, но для неё это дом. Ну или она просто не в меру наглая. Так или иначе, но если я правильно разобрался в порядках этого дома, ты придёшь ровно туда, куда тебе нужно, до тех пор, пока Ксавьер не пожелает иного. По всему и выходит, что нас хотят видеть.