— И кем вы там были?

— Месяца три судовым лекарем, а потом держал элитный бордель.

Бровь эльфы с удивлением поползла вверх.

— Я создал плотные эфирные копии эталонных любовников, которые были неутомимы, не болели и не позволяли клиенткам получить нежелательную беременность. Заведение пользовалось популярностью, а я изучал женские организмы, лечил их и занимался пластической хирургией и омоложением.

— Вы можете вернуть биологическую молодость?

— Если у женщины есть дочь или внучка, то да. Это же справедливо и в отношении мужчин.

— Вы будете необыкновенно богатым человеком, лэр. Империя очень нуждается в сохранении знаний и опыта, а молодые эльфы так медленно осваивают знания, что мы с трудом успеваем за требованиями нынешнего потока времени.

Переговорник пискнул парой фраз, и лэра Алмрэйн, очаровательно улыбнувшись, проговорила:

— Пойдёмте, лэр Баренс. Глэйдер подан.

******

Глэйдер поражал внутренней отделкой и комфортом. Только он во время полёта пару раз неожиданно дёрнулся, заставив эльфу проявить некую гримасу.

— Искин глючит? — с пониманием проговорил Лир.

— Новая технология ещё в стадии тестирования.

— Лучше уж вкладываться в разработку многоядерных процессоров большой мощности. Полный контроль оператором и тысяч десять-двадцать одновременно обрабатываемых потоков и операций.

— Да вы прям кладезь идей, лэр.

— Это не мои достижения, просто я проговорил слова одного разбирающегося в этом вопросе человека. К тому же, как-то слышал или читал, что у искинов бывают бунты, которые имеют трагические последствия в виде образования очередного полюса силы, бороться с которым весьма непросто.

— Вы бы справились?

— С подавлением восстания искинов?

— Да.

Лир кивнул, поскольку сразу представил ряд конструктов, способных растворить в эфире не просто искин, но и корабли целиком.