Он осушил бокал за здоровье человека по имени Конан и за его удачу, которая должна сопутствовать ему этой ночью. Но в тот момент, когда он вторично наполнял свой кубок, один из его шпионов принес ему известие о том, что Атикус арестован и сам брошен в темницу. Киммериец не сбежал.

Мурило почувствовал, как кровь стынет в жилах. В превратностях судьбы он видел могущественную руку Набонидуса, и в нем росло убеждение: Багряный Жрец не просто человек, он чародей, который читает мысли своих жертв и тянет их за ниточки, а те начинают плясать, словно марионетки. Он ощутил отчаяние и безнадежность. Приняв решение, он перепоясался мечом и спрятал его под просторным плащом, затем покинул свой дом через потайной ход и торопливо зашагал по пустым улицам. Наступила полночь, когда он добрался до дома Набонидуса, мрачной громадой высящегося в глубине сада за стеной, которая отгораживала его от соседних участков.

Стена была довольно высокой, но преодолимой: в вопросах безопасности Набонидус полагался не на каменные преграды. Страшиться следовало не стен, а находящегося за ними. Чего или кого именно, Мурило точно не знал. Он слышал, что по саду прогуливается огромный, очень опасный пес, который разорвал уже не одного взломщика, словно жалкого кролика. О том, кто здесь еще может стоять на страже, Мурило даже подумать боялся. Те, кому удалось побывать здесь под предлогом деловых вопросов, рассказывали, что, несмотря на богатую обстановку дома, Набонидус живет очень просто и обходится минимальным количеством слуг. В самом деле, если только Мурило ничего не путает, они все упоминали только об одном замкнутом человеке по имени Джока. Второй, предположительно раб, был слышен где-то в доме, но его никто не видел в лицо. А главной загадкой этого полного тайн дома был сам Набонидус, которого ловкие интриги и хитросплетения политики сделали самым могущественным человеком в королевстве, и народ, канцлер, даже сам монарх плясали под его дудку.

Мурило вскарабкался по стене и прыгнул в сад, утопавший в тени деревьев и кустарников, которые тихо качались на ветру. Ни одного огня не светилось в окнах дома, возвышающегося над садом черной скалой. Молодой аристократ поспешно, стараясь не шуметь, пошел мимо кустов. Каждый миг он ожидал услышать лай огромной собаки и увидеть, как она бросается на него из темноты. Он сомневался, что меч может помочь ему в битве с таким врагом, однако это не заставило его повернуть назад. Он понимал — погибнуть от клыков этой твари ничуть не страшнее, чем от секиры палача.