— Около… полутора недель, — выдавила моя копия. — Но честное слово, понятия не имел, что окажусь в такой заварушке! И что впоследствии меня забьют до полусмерти!
— До полусмерти? — подала голос Полиночка, со скрещенными на груди руками и высоко задранным подбородком поравнявшись со мной. — Это тебе еще повезло, что жив остался, пытаясь меня на*бать.
— Полина!.. — прикрикнул на нее. — Что мы по поводу статуса и репутации говорили?
— Хорошо, — нехотя бросила она. — Не на*бать, а в крайней степени одурачить, поставить в неловкое положение и забраться ко мне под юбку, пользуясь моими светлыми чувствами.
— Ну вот же, — хмыкнул. — Можешь ведь, когда хочешь.
— Я же вам больше не нужен, верно? — умоляюще уставился на меня парниша, хлопая глазами. — Скажите, что нет… — добавил он громким шепотом. — Пожалуйста…
Ну нет. Что-то мне подсказывало, что так просто он от нашей компании теперь не отделается. Хотя бы из соображений его же безопасности.
Так что взял один из стульев с наполовину оторванной и повисшей деревянной спинкой, развернул его спинкой вперед, уселся верхом.
— Зовут тебя как?
— Дамьен… Жируа. Я прибыл сюда из Французской Империи для обучения в МАБМ…
А вот и француз органично вписался в пейзаж спаленной пожаром Москвы. Что ж, разбавим и без того непростые будни увлекательной историей моего двойника. К тому же, рассказ и впрямь оказался довольно занимательным.
Подфартило же Шлейфер несказанно, как только этот паренек переступил порог ее кабинета. Причем с ее излюбленным орудием шантажа — желанием учиться. Сам же в свое время попался на ту же удочку, а потому нас с французиком ожидала настолько похожая судьба. По крайней мере, сейчас мы сидели друг напротив друга, а это уже говорило о многом.
— Значит, — решил я подытожить, когда история Дамьена подошла к своему логичному завершению, — она посчитала, что сплавила меня надолго. И ты всё еще не предал ее доверие. Так получается?
— Наверное… — неуверенно протянул тот.
— И сейчас она понятия не имеет, что я вернулся.
— Наверное?..
Ему уже заочно не нравилось то, к чему я клонил, но и пощады не дождется. Она его ничему не научит. Но вот сослужить нам хорошую службу этот самозванец всё еще мог. В конечном итоге подфартило как раз не ректорше. Мне.