Торгейр был племянником ярла Бьерна, который выбрал в свои заместители Свена, что сильно давило на психически неуравновешенного нынешнего ярла. Некогда отец Свена спас жизнь Бьерну и стал его названным братом, несмотря на то, что был не свеем, как Бьерн, а полабом словенским. Уже после смерти своего побратима, Бьерн взял на себя обязанность воспитать сына друга, подростка Бетотура, а старшую дочь верного соратника выдал удачно замуж в Бирке.

Будучи в священной дубовой роще Упсалы, ярл Бьерн перед богами испросил разрешения считать Бетотура своим сыном и приемником, так как своего сына не имел. Боги выразили согласие и нарекли словенина Свеном, который и стал после смерти Бьерна ярлом и повел две сотни варягов в Гардарику на служение Рюрику.

Когда же Свен был убит, команда взбунтовалась, не желала видеть своим предводителем Торгейра, который отличался излишней жестокостью даже в среде суровых варягов, получая удовольствие от мук жертв, как иные от женщины. Тогда случился раскол и бывшие побратимы, сидящие в одном ряду гребцов на драккаре, устроили свару. Случилось это уже в Киеве. Вот и пришлось Торгейру уходить, оставив большую часть добычи. Все свеи и даны пошли с ним, а иные, — кривичи, полабы, собры, латгаллы, остались служить Хельге.

И тут, такой повод проявить себя, как предводитель, вернуть истинную воинскую славу, чтобы боги в Вальгалле обратили внимание на своих будущих собутыльников. Торгейр решил полностью истребить род Лесьяра и переговоры о вире только для развлечения, так как унижение людей так же было приятно предводителю викингов.

— Он говорит, что может снабдить нас важной информацией, если мы не станем убивать его род, даже готов участвовать в каком-то деле, что сулит огромную добычу, — перевел слова Лесьяра Акке.

Торгейр думал достаточно долго, подобный процесс он не любил, предпочитая хитрости бога-обманщика Локки, прямолинейность и силу Тора. Перед ним стоял на коленях избитый Лесьяр, еще шесть его человек были связаны и ждали своей участи. Торгейр же пребывал в предвкушении мук, которые он доставит этим людям. С другой же стороны, перед хорошо вооруженными, богато одетыми в дорогие порты и красные сапоги, эти дикие казались нищими. Что с них взять? Два драккара Торгейра, что остались после разделения большого отряда, итак были груженные и солью греческой, что ценится на Севере, и тканями, серебром, пятью конями, оружием. В оплате и при дележе трофеев конунг Хельге был справедлив и дал много, даже сверх договора. И сейчас грабить этих оборванцев, перегружать корабли? Если только девы будут полнобедрые, да и то перед волоками убить их придется.