Девушка недоверчиво уставилась на него.

— Вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, что кто-то нажал кнопку, и председатель концерна «Стайн — Хеннингер» запретил его печатать. Все, как видите, очень просто. Репортаж зарезан и похоронен. Фасберже радуется, доктор Рафф в безопасности, и вам теперь беспокоиться нечего.

— Мне очень неприятно, — сказала она. — Я знаю, как много это значило для вас.

Дарк пожал плечами, стараясь казаться безразличным.

— Э… ничего оно не значило. Просто это был хороший репортаж, вот и все. Я потратил на него бог знает сколько времени. Если хотите, меня больше возмущает сам факт — то, что какой-то хозяйчик имеет право вот так, по своему желанию, запретить слова правды. Но будем откровенны — такое делается всегда и везде. Это ловкая коррупция, которую создают телефонные разговоры, выпивки в фешенебельных клубах, дружеские похлопывания по плечу. Я работаю в «Обсервер» уже пять лет и привык считать, что наш журнал независимый и свободный от любых влияний. Мне и до сих пор тяжело поверить, что это не так.

Мери ласково коснулась его руки.

— Не принимайте это близко к сердцу. Пол. Кстати, может быть, оно и лучше для вас и для меня, что так сложилось. Какой вред оттого, что фирма «Черил» безнаказанно осуществит свою рекламную авантюру? Женщины будут покупать «Бьютимейкер» и радоваться этому. Как косметическое средство оно будет не лучше и не хуже любого другого. Столько кругом обмана, так зачем же цепляться именно за «Черил»? Из-за того, что они сделали меня красивой и теперь будут утверждать, что такой может стать каждая женщина, применяющая «Бьютимейкер»? Да это же совершенно естественное явление в этом мире, в котором мы живем, — лги, перекручивай правду, делай все, что можешь, лишь бы заманить покупателя.

— Быть может, вы и правы, — нехотя признал Дарк. — У меня уже не осталось никаких иллюзий.

Мери обняла его за плечи.

— Вам надо отдохнуть. Пол, — прошептала она. — Почему бы вам тоже не поехать в Антиб? Мы были бы там только вдвоем — вы и я. Забыли бы и про фирму «Черил», и про «Обсервер». Почему вы не хотите, дорогой?

Дарк долго и пристально смотрел на нее, напрасно стараясь побороть сомнения, затем снова налил рюмки.

— Нет, — коротко и решительно ответил он.

— Вы не любите меня?.. Нисколько? — спросила она.

— Если я и люблю вас, так вовсе не потому, что вы такая красивая. А впрочем, люблю я вас или нет — это не имеет никакого значения. Сегодня вы козырь в руках Фасберже, и он выиграл. Сумел нажать на нужные кнопки.

— Почему вы никак не можете забыть о Фасберже? Теперь все это уже позади, мы оба свободны и ничем не связаны.