– А что тут странного? – не понял Сашка. – Нападение явно спланированное. Маршрут движения деда они явно знали. Устроить завал на дороге дело одной минуты. Лучше скажите, чем они взрывать пытались? Это, надеюсь, вы уже установили?

– Это да, – растерянно кивнул жандарм. – Полбанки нитроглицерина. Похоже, сами как-то сделать сумели.

– Рисковые ребята, – качнул Сашка головой. – Эта штука способна взорваться от любого резкого толчка. А сам бомбист кто, известно?

– Да. Установили. Правда, случайно, – нехотя признался полковник. – Там и опознавать нечего было, после вас-то, – подпустил он очередную шпильку.

– Господин полковник, – окончательно рассердился князь, – мой внук сделал все, чтобы спасти мне жизнь, и выполнил вашу работу, – он голосом выделил ключевое слово. – И если вы еще раз посмеете обвинить его в чем-нибудь, то будете заниматься другими делами. Это я вам обещаю.

От тона, которым было высказано это обещание, полковник разом вспотел и, машинально достав платок, хрипло извинился:

– Ваше сиятельство, я все понимаю, но и вы меня поймите. Всегда считалось, что для охраны особых лиц вполне достаточно двух жандармов. А тут один бывший солдат умудрился всех нападавших положить, не получив даже царапины. Поневоле начнешь вопросы задавать.

– Хотите сказать, что это все я затеял, чтобы в доверие втереться? – сообразил Сашка и, медленно поднимаясь из кресла, прошипел, начиная свирепеть: – Вы белены объелись, сударь? Я в столице всего месяц. Где бы я мог с этими бомбистами познакомиться? Если уж вам так хочется меня обвинить, то для начала научитесь хотя бы задавать правильные вопросы. Кто был тот бомбист? – вопрос прозвучал как щелчок кнута.

– Недоучившийся студент. Заболел туберкулезом и был вынужден бросить учебу. Похоже, на этом его и зацепили. Доктор сказал, что ему все равно недолго оставалось. Уже кровью харкал.

– Гнездо их нашли? – тут же последовал новый вопрос. – Где-то же они этот нитроглицерин варили?

– Люди работают, – отделался полковник общей фразой.

– Мне нужно будет поговорить с вашими арестованными, – выдвинул Сашка очередное требование.

– Зачем? – спросил полковник, окончательно растерявшись от такого напора.

– Глеб Сергеевич, если Саша говорит, что надо, значит, так оно и есть, – в голосе князя зазвенела сталь. – Будьте добры обеспечить ему все условия для работы.

– Но… но… ваше сиятельство, он же не служит в нашем ведомстве. Он же вообще гражданское лицо, – запинаясь и потея, пробормотал полковник.

– Я вас больше не задерживаю, господин полковник, – отрезал князь. – Обо всех моих решениях вы будете уведомлены. До свидания, – взгляд Алексея Михайловича и его тон могли бы заморозить озеро размером с Байкал.