— Нет-нет! Один хороший человек, моя лучшая помощница и друг задолжала трактирщице.

Калши молча показал на большой мешок, стоящий в углу. Шарби отсчитал двадцать пять тяжелых монет и рассовал их по карманам.

— Пошли!

— Так быстро? А, может, мне лучше все-таки пойти с тобой?

— Нет. Во-первых, рядом с тобой я могу не почуять опасность. А во-вторых… Знаешь, по мнению Харси, в особняке живет гораздо больше людей, чем должно быть. И я думаю, что там есть кто-то, кто чувствует чужую Силу, и много магов. Айви зауряден, и среди прочих обнаружить его будет трудно. А тебя обнаружат сразу же. Твое появление в трактире вряд ли сочтут неслучайным — ну, разве что есть шпион прямо в Башне. А в случае нужды Айви сможет какое-то время продержаться — вряд ли к нему отнесутся достаточно серьезно, а он имеет неплохой боевой опыт в Пещерах.

— Ладно… Поверю тебе и не буду мешать. Теперь о более важном: что ты собираешься делать потом, когда ты добудешь все доказательства и отдашь их Ордену?

— Вернусь в Брайнар, потихоньку буду готовиться к экзамену на зельевара.

— Нет, ты поселишься в башне.

— И что я там буду делать?

— Многие годы волшебники слишком высокомерно относились к искусству зельеварения… Башням нужны свои зельевары, которые будут работать, в основном, на Орден. И заниматься исследованиями. Вот ты и будешь первым таким зельеваром. Я сделаю тебе несколько комнат. Можешь даже Черныша взять с собой.

Шарби улыбнулся.

— Значит, ты все решил за меня.

— Если ты придумаешь решение, которое будет лучше и безопаснее, я всегда соглашусь с тобой. А если нет… Мастер-Лорда убили, а у тебя нет его возможностей. Тебе не удастся бесконечно прятаться ото всех, а рядом с нами ты будешь в полной безопасности.

— Звучит неплохо. Мы вернемся к этому позднее, хорошо? Сейчас не до этого.

— Нам уже надо идти?

— Да. Тебе — погулять по площади и сесть в трактире. Мне — готовиться к взлому.

Калши вздохнул.

— Я пару раз заходил к твоим женщинам, успокаивал их, говорил, что с тобой все в порядке.

Шарби не удержался от того, чтобы в очередной раз поддразнить юношу.

— И, разумеется, переспал с ними со всеми.