Шестой потомок Эламов, быстро вспотев лысиной, неуверенно протянул руку — короткую, сильную, толстопалую.

Иван выспался, хорошо поел, почувствовал силу. У него с утра сложилось хорошее настроение, а от него — желание поиграть с Эламом, естественно не причиняя ему вреда. Здесь был свой резон. Так можно с самого начала показать все те неприятности, которые могут возникнуть или угрожать непрофессиональному ходоку в поле ходьбы.

Он подтянул слегка упирающегося Элама к себе поближе и стал на дорогу времени.

Элам вскрикнул, попятился, словно таким образом решил вернуться в реальный мир.

— Что?.. — Иван крепче ухватился за руку Элама, стоящего с ним с приоткрытым ртом. — Что видишь?

Шестой выпучил глаза и стал озираться вокруг, так и не закрывая рта.

Ротозей в музее. Забавная картинка. Для Ивана.

— Мосты вижу… — наконец определился Элам. — Мостики… Дорожки…

— А определённее? — потребовал пояснений Иван.

Впрочем, даже после полных неопределённости, к тому же неуверенно высказанных Эламом слов, он сумел хорошо представлять его видение дороги времени. И с вздохом подумал о тех препятствиях, какие поджидали Сопроводителя, и что тому придётся преодолеть, а следовательно, вместе с ним и ему, Ивану, прежде чем они доберутся до Пояса и замка Пекты в нём.

И всё-таки он ожидал худшего. Дорожки — это не скалы и не пещеры в них, а более проходимые пути.

— Определённее… Сейчас, — закивал Элам. — Э-э… Знаешь… Это похоже на лабиринт. Я его вижу сверху, так как стою на одной из его стенок, а рядом… — Он осторожно перегнулся и заглянул за невидимый Иваном уступ или край, скрывающий нечто находящееся за ним внизу. Сказал с удивлением: — Пропасть! Всё уходит в темноту.

— А дорожки?

— Стены как дорожки. В местах разрыва мостики. Тонкие и узкие… Но не везде. Из чего они сделаны?

Иван пожал плечами.

— Понятия не имею. Давай оставим выяснение, из чего они сделаны. Главное, чтобы ты мог по ним идти и не проваливаться. Ладно?.. Теперь давай пройдёмся. Не торопись и иди строго по своим дорожкам. Оступишься, держись крепче за меня. Ну!

Против ожидания, мобильность Элама при движении и в прошлое и в будущее оказались сносными. Кроме того, у него всегда находилась дорожка или мостик, чтобы без помех пойти за Иваном практически в любую сторону. А где тропок или мостиков не было, Элам с явным удовольствием повисал на руке Ивана, пока тот переносил его на следующую опору.

«…а у меня, Ваня, камушки», — вспомнил Иван представление поля ходьбы Учителем…

По возвращении на подворье, Иван согласился взять Элама Шестого с собой. И рад был этому не меньше будущего ведомого.