Любовь к окружающим заканчивалась у нашего коммерсанта одновременно с их готовностью оплачивать счета в общепринятых валютах. Так-то — да, лозунги с девизами у меня булочник с портным потом не примут в оплату…
— Уважаемый князь, сейчас это уже не такой большой секрет. Да, в ходе противостояния с бароном, я ударил по его источнику дохода. Как и любому человеку, мне не нравится, когда жизням близких что-то угрожает. Но какая связь между моей маленькой экспроприацией и Вашим спором с Краснощитовыми? — не стал я отрицать то, что при некоторых усилиях разведки, Данияр узнал бы и так.
— Я и не говорил о прямой связи, — усмехнулся Вышегорский. — Уточню, на всякий случай. Краснощитовы представляют целый международный конгломерат. Но сначала их интерес к этому несчастному прииску был сугубо личным. Чтобы мне — шпильку вставить «по старой дружбе». А сейчас, и это надежная информация, основной интерес к белояровскому участку стали проявлять их партнеры из империи Ямато. Вот я и собираю любую дополнительную информацию, чтобы понять — с чего наших «заклятых друзей» с Дальнего Востока так потянуло сюда.
— Ну… встретили мы белояровский конвой, который партию добытых самородков перевозил. Горная узкая дорога, эффект внезапности. Кто выше в горах, тот и сильней. Не мне Вам рассказывать. Да только того золота — и для нас было не так уж и много. А для крупных компаний — вообще гроши. Но яматцам на мои скромные трофеи щуриться не стоит! Если что — объясню им… по-всякому!
— «Худ Бирмяк, да два языка знат!», — рассмеялся Данияр на мое понимание международных отношений. — Это по-нашему! Хват биармский! Остальные могут лесом проходить… Только вот интерес яматцев лежит не к золоту. Скорее им мои руды ванадия и хрома интересны. Без них и в военном деле тяжело, и станки с инструментами — не справить добрые.
— Хотят к вашим жилам подкопаться? — технологии промышленной добычи я представлял себе слабо.
У меня-то, если что — специалист имеется на это дело и так. Горнопроходческий наг-эмигрант. Ой, он же обижается на намеки про «эфиопов» приезжих! Короче, исконно «мештный» Хозяин горы — Шурх. Земли наши бережет, значит — биармец!