Вист задумался. Инстинкт его не подвел. Всё слишком просто. Их как бы приглашают. Персты холодного пота вновь коснулись кожи. - Нам бросают наживку. Спорить готов, за нами сейчас следят.
Оруле тихо выругался. - Слушай. Ты чуешь магию?
- Иногда. Небрежную. Пассивную. Зачарованные места. Но мага, который желает скрыться - такого непросто заметить. Думаю, пора менять план. - Он чуть отошел, потянув и Оруле. Они стояли в самой густой тени, женщины на другом углу. - Думаю, за нами следили. Но здесь не может быть много способных на такое. Предлагаю разделиться.
Оруле тихо фыркнул. - В доме демон. Скорее разделяемся.
Вист недоуменно поглядел на него. - Один из нас обязательно должен найти цель. И тебе будет легче, Оруле. С твоей пылью отатарала. Держись от меня подальше, буду признателен. Мы сами станем приманками. Станем заметными.
- Если следят четверо, мы обречены, - заметила Понти.
Вист покачал головой: - Мы насчитали у них не более двоих опытных ночных ножей. Значит, двое из нас свободны. Да хоть один - преимущество все равно за нами. Один достанет Бенжера.
Понти повернулась к Рейли. - Последняя ночь нашей жизни.
- Так покажи себя, - отозвалась Рейли. - И беги, но не стряхивая хвоста. Дадим Оруле и Висту время. Пойдем туда, где нас не ждут. Пусть они гоняются за нами, а мы устраиваем засаду.
Вист был впечатлен. Она оказалась смелой. - Здравая мысль.
- Как скажешь, - буркнула Понти.
- Итак, вперед по переулку, - сказал Вист. - Затем двое налево, двое направо. Затем один отстает. Так, чтобы нас не видели всех сразу. Рейли, со мной. Понти с Оруле - если полетит пыль, твои андийские чары могут выстоять. Ну, пошли.
По лагерю наемников тянулись огромные собачьи следы, хотя никто из них об этом не знал: псы шли через Тень. Водичка помедлила, присев у следа. Похоже, проклятые Гончие вездесущи. Вечно вынюхиваются, вечно охотятся, вечно готовы оторвать голову бедной женщине.
Она подозревала, что если бы, знаете, кто-нибудь потрудился
Она поискала глазами палку, просто на случай, но тут были лишь колья палаток. Вполне прочные в реальном мире, но сейчас более походившие на струйки дыма. Если скользнет назад, успеет схватить один.
Каламбур был особенно дурной, помнила она. Кто же вытащил нож? Тяжеловес из Первого взвода. Ручеек? Это был Ручеек? Да, вылетел из кресла, заставив его кувыркаться, прыгнул на стол, роняя кружки. Блеснул огромный нож. И там был Голенище, такой тупой и наглый, лицо самодовольное - как всегда у шутников - внезапно залитое выражением слепого ужаса.