Мужику лет пятьдесят на вид, темноволосый короткостриженый, с бакенбардами, переходящими в сантиметровую щетину уже седовато — рыжую. Нос с горбинкой, губы недовольно сжаты, глаза насыщенно синие устремлены чётко в сторону картины на лестничном полёте. Шурует быстрым чётким, строевым шагом, корпус подал вперёд, руками машет активно. Спешит проскочить скорее, впечатление такое, будто боится, что из толпы в него закуска полетит.

В профиль лицо наполеоновское, лучше пока не рассмотрел. Когда поравнялся со мной, прикинул, что он даже повыше меня будет.

В свите его пятнадцать матёрых на вид бойцов со шпагами, эти во все стороны головой крутят, как локаторами. В конце группы вроде спешат, но будто бы прогуливаются балерун сорокалетний с чёрной примой под руку! Светлоликие, улыбчивые, в вечерние наряды одетые. Красавцы, глаз не оторвать. Он в костюме белом на золоте. Аурелия в платье цвета морской волны донизу свободного кроя, но приталенном, от талии сексуальный переход на торчащую попку, которая упруго трясётся от летящей походки.

С ними ещё восемь господ среднего и пожилого возраста, морды почти у всех суровые, тоже ни на кого не смотрят.

На пять ступенек Беринг поднялся, и к нему навстречу выскочил старенький дядечка, судя по одежде, дворецкий или организатор какой. Суетливый и важный одновременно. Глава Сотни, не останавливаясь, выслушал его шёпот и на первом пролёте встал.

Что — то шепнул в ответ дядьке, не оборачиваясь, махнул рукой нервно и двинул дальше ещё быстрее.

Дворецкий подождал, пока вся делегация мимо пройдёт и выдал старческим, дрожащим голосом громко:

— Бал, объявляется открытым! Маэстро велел всем веселиться и танцевать!!

Напряжение схлынуло в одно мгновение. Загалдел народ и зашевелился, бокалы зазвенели. Гам людской тут же накрыла торжественная оркестровая музыка. Люд расслабился и начал занимать свадебное пространство по всему залу, центр стал быстро смыкаться. Получается, все ждали прохода Шатура. Интересно, а если бы мы встали у него на пути, как скоро бы нас попросили свалить?

К Гертруде подкатываю.

— С Шатуром познакомишь? — Шепчу ей на ухо, женщина сразу меняется в лице.

— Ты же видишь, он не в духе, — отвечает с заметной нервозностью.

— А что с ним?

— Они только вернулись с Тирсы, бал по случаю его возвращения, но вероятно, что — то не срослось, или путь вышел тяжёлый, — отвечает.

— Я думал, он был в городе.

— Оказывается, нет, сама только сегодня узнала. Шатур часто предпочитает выезжать инкогнито. Ему так проще.

— Ну и какой же праздник без виновника, он что, даже не будет присутствовать? — Возмущаюсь я.