− О! − прошептала она.

Это был не адроанский, не кезанский, не бруданский флаг − ни одной из стран Девятиземья. Это не была эмблема какой-нибудь провинции Гурлы, он не принадлежал ни одной колониальной державе в мире.

Это был флаг Дайнизской империи.

− Прими порох, − сказал Таниэль с ноткой нетерпения.

− Зачем?

− Просто прими.

Влора достала из кармана пороховой заряд, отломила кончик ногтем большого пальца и немного вдохнула каждой ноздрёй. Потёрла нос и вернула остатки заряда в нагрудный карман. В считанные мгновения её чувства обострились и она смогла различить людей на борту так, словно они стояли в нескольких футах. Мужчины и женщины бегали по палубам и готовили к спуску баркасы. Странно было видеть корабль, полностью укомплектованный людьми с рыжими волосами и пепельными веснушками, как у пало, и ей пришлось напомнить себе, что на самом деле это не туземцы Фатрасты.

− Куда смотреть? − спросила она.

− На горизонт.

Она перевела взгляд дальше, и от увиденного у неё перехватило дыхание. Вдали от первого корабля, во многих милях от берега, там, где трудом можно что-то различить даже в лучшую подзорную трубу, на самом краю горизонта, она заметила ещё корабли. Их были десятки − сорок или даже больше, и над каждым реяла чёрная с красными точка, которая могла быть только дайнизским флагом.

− С каких пор дайнизы решились покидать родину? − спросил кто-то рядом с ней.

Влора облизнула губы и, повернувшись к Таниэлю, тихо спросила:

− С каких пор у дайнизов есть флот?

− У них его нет, − потрясённо сказал Таниэль. − Не должно было быть. Это всё меняет.

Влора моментально сорвалась с места и, даже не заботясь взять кэб, побежала по улице на усиленной порохом скорости, не обращая внимания на несущиеся ей вслед крики. Она должна вернуться к штуцерникам и Олему.

Таниэль прав. Это всё изменило.

Глава 48

Глава 48

Стайк сидел в углу кабинета леди Флинт в форте Лоэла, покачиваясь на задних ножках стула. На коленях у него лежал нож Ибаны. Задрав голову к потолку и закрыв глаза, он ждал возвращения леди Флинт с казни Мамы Пало. Перед ним неугомонно расхаживала Ибана, заткнув большие пальцы в петли ремня и каждые пять минут повторяя одну и ту же фразу: