Вот никогда еще я не видела, чтобы структура заклинания вдруг взяла и поменялась таким заковыристым образом, как это произошло с наложенным на таракашечку волшебством. Вместо привязки к поцелую Катерины условием обратного превращения стало дыхание Аркадия.

— Стой! — опомнилась Катерина. — Не нужно его здесь превращать, мы привлечем внимание.

— Ой, умница моя, хоть ты догадалась, — умилилась я, — Ллиу, хватит Жорика облизывать, если ты с его памятью закончила, то возвращаемся ко мне на квартиру, тебе еще нужно будет таракану память чистить. Кстати, хорька надо бы у Романовского забрать.

— Уже забрали, — доложила Катерина. — Он у тебя дома.

Я еще разок повосхищалась, какая у меня умная внучка, Ллиувердан, наконец, отлипла от Жорика и мы переместились в мою квартиру. Там нас ждал раздолбанный монитор на полу и грустный хорек, по какой-то причине устроившийся именно рядом с этим "чудом техники".

Аркадий продолжил свои манипуляции над тараканом. То есть дунул на него. Испуганный голый мужичок на полу моей квартиры смотрелся не очень. С ним Ллиувердан не стала возиться так долго как с Жориком. Видимо, не приглянулся ей горе-террорист. Она его в полминуты лишила памяти и куда-то телепортировала. Надеюсь, не в пустыню, а в место, более близкое к цивилизации.

— Ты можешь то же самое с хорьком проделать? — обратилась Катерина к Аркадию, — а то Дуся его к поцелую такой особы привязала, что, боюсь, если она его и превратит в человека, то только для того, чтобы… хм… сделать с ним что-нибудь похуже.

— Дракон. Ты думаешь о драконе небесно-голубого цвета.

— Ой, прелесть какая! Мальчик — стихийный телепат! — восхитилась Ллиувердан. — А скажи мне, дорогой, почему ты так сильно не хочешь уходить с Катей? Она же тебе нравится… ай-ай, да не просто нравится, ты ж ее любишь!

— Блин, Ллиувердан, тебе не приходило в голову, что дети могли бы в своих чувствах без твоей помощи разобраться? — возмутилась я.

— Могли бы, да только даже не знаю, когда бы они это сделали? У мальчика в голове странные мысли, и он готов бежать отсюда прочь, потому что считает, что Кате с ним будет плохо.

Катерина молчала, недобро поглядывая на Ллиувердан. Аркадий делал вид, что занят изучением заколдованного хорька.

— Кто-нибудь объяснит мне, в чем дело? Или мне самой правду узнать? — угрожающе проворковала Ллиувердан.

— А пойдем-ка мы кофейку попьем, пока молодежь хорька расколдовывает, — бодренько изрекла я, ухватила дракониху за руку и потащила в направлении кухни. Лучше уж все ей рассказать, а то с нее станется какое-нибудь нехорошее заклинание к нам применить, и будем мы тут правду-матку резать, пока Ллиу не надоест.