— Что за… — взвыла Миара.

— Ты, — Ица недрогнувшей рукой сдвинула рукоять вбок. — Спасти. Если не совсем дура.

— Сама идиотка!

Миха успел подхватить тельце, такое легкое, невесомое почти, не дав ему упасть на траву. И увидеть улыбку успел. Безумную такую. И ощутить, как течет по коже теплая алая кровь. И взвыть, потому что стало больно и обидно, и неправильно все это. Дети не должны умирать.

Никогда.

И тем более не вот так.

— Ица! — вопль Джера раздался над ухом.

— Отойди, идиот! А ты не стой столпом, клади её. Джер, готовься силой делиться, у меня самой не хватит. И нож не трогай! Не трогай пока! Он перекрывает сосуды…

Крови не так и много.

Но на траве она выглядит неестественно яркой. Алая-алая…

— Так, держи её за голову! А ты, мелкая поганка, не смей умирать! Карраго!

Маги теснят.

Карраго встал с одной стороны, а с другой — Миара. Их руки касаются, пальцы сплетаются, и те, что Миары, тонкие и белые, а у Карраго — смуглые.

Взгляд выхватывает детали. Незначительные. Бессмысленные напрочь.

— Она не умрет, да? Она ведь не умрет⁈ — Джер садится на траву рядом. И покачивается. — Я говорю системе, а она не слышит… не отвечает больше. Почему? Надо идти. Это Древние, у них были… должны были быть… что-то… артефакты. Исцеляющие. Ведь Древние же.

— Не умрет, — сложно врать и, наверное, нельзя. — И без артефактов. У нас тут два целителя, лучших в этом мире…

— Благодарю за комплимент… Миара, душа моя, обрати внимание на…

— И уж с раной в животе они справятся. Вон, на твоем приятеле места живого не было, а бегает… тут же просто рана… мышцы повредила.

— Помощь нужна, — Миара толкнула Миху в плечо. — Эй. Берись за рукоять. И по команде поднимаешь, только не резко, а очень медленно. Вин, держи её за ноги. А ты — за плечи. Сумеешь? Или Тень попросить?

— Смогу, — Джер мотнул головой. — Если сила нужна…