Лилиана вздохнула.
– Я успею. Теззерет и Бэлтрис покинули мир, а стража за дверью одержима моими призраками. Когда я их отпущу, они и не вспомнят, что я заходила сюда.
– Ну хорошо, Джейс, – она опустилась на пол и села перед клеткой, скрестив ноги. Джейс, поколебавшись мгновение, сделал то же самое, и выжидающе посмотрел на нее сквозь решетку.
– Я всегда делала только то, – тихо начала она, глядя в пол, – что было абсолютно необходимо.
При этих словах Джейс снова расхохотался, а выражение несправедливой обиды на лице Лилианы лишь добавило ему веселья.
– С каких это пор убийства и предательства оказались в списке первой необходимости? А, Лилиана?
– Да что
– Оставь эти сказки для кого-нибудь другого, – усмехнулся Джейс. – Ты всего-то на год-два старше меня. Я не верю, что тебе пришлось
– Ты промахнулся, – прошептала Лилиана, – примерно на сотню лет.
Джейс собирался было решительно отвергнуть саму возможность этого, но, увидев выражение лица чародейки, так и застыл с раскрытым ртом.
– Но как? – хрипло прошептал он. – Даже архимаги старятся, а ведь ты не архимаг!
– Мне сделали предложение, от которого нельзя отказаться, – с горькой самоиронией произнесла Лилиана, скривив губы в подобии улыбки.
И Джейс все понял.
– Ты заключила сделку с… кем? – он тяжело дышал, потрясенный до глубины души. – Проклятье, Лилиана, мне и самому доводилось совершать большие ошибки, но ты…! – он покачал головой. – Это был демон? – догадался он, вспомнив ее странное поведение в Гриксизе.
– Четверо, Джейс, – ответила Лилиана. – Четыре демона и четыре сделки. Ты и представить не можешь, что я получила в…, – она опустила руки, которые самопроизвольно сжались кулаки во время ее пылкой речи. – Теперь это уже не важно, – продолжила она. – Кем они были, зачем я это сделала… Смысл в том, что я была молода и совершила глупость.
– И позволь я угадаю, – сообразил Джейс. – Теперь настало время платить по счетам?
– Еще не совсем. Но скоро настанет, – Лилиана поежилась. – Ты даже не представляешь, какие ужасные вещи мне придется для них совершать, чтобы они позволили мне оставить мою магию – и мою душу.