– На такую реакцию я и рассчитывал, – спокойно продолжил Наамар. – Как я и ожидал, в Герметиконе действуют адигенские правила, и вы привыкли к тому, что некоторые непростые вопросы сначала пытаются разрешить с помощью силы.

– Люди всегда остаются людьми, – хладнокровно прокомментировал услышанное Базза.

– А адигены – адигенами.

– В голосе чувствуется уверенность.

– Я – потомок дара.

– Ну, раз вы так говорите…

– Мою родословную обсудим позже, – перебил Дорофеева сенатор. – Сейчас нам следует вернуться к насущным вопросам.

– Вы уже поняли, что не сможете захватить корабль?

– Ваш капитан по-прежнему у меня.

– Он – парламентёр, – напомнил Базза. – И если вы действительно потомок дара, то понимаете, что это означает.

Удар достиг цели: Наамар разозлился, и следующая фраза прозвучала ещё более грубо:

– Хватит читать мне мораль. Ваш капитан у меня, и мы оба знаем, что он – билет на борт. Я не хочу здесь оставаться.

– Я возьму на борт не более трёх человек, включая вас. Общий вес багажа – сто килограммов.

– Пять человек.

– Трое и без оружия.

– Пять человек, двести килограммов и, разумеется, мы будем вооружены – я вам не верю.

– Не я начал стрелять, – напомнил Дорофеев.

– Но ведь вы обошлись без потерь? – Наамар послушал тишину и улыбнулся: – Я так и думал.

– У меня есть раненые.

– Я выплачу им щедрую компенсацию за полученные повреждения и доставленные неудобства.