Светлый фон

Ну не мог я её тогда убить!!! Это страшно, неправильно, это отвратительно! Это… запретно. Хотя спустя пару месяцев я и смог. Передумал. Почему я передумал? Почему я тогда смог уничтожить её? Поднял руку на слабого. Поднял руку на ребенка… Ник права — я мразь и чудовище. Уж лучше быть сумасшедшим, чем убийцей…

Ну не мог я её тогда убить!!! Это страшно, неправильно, это отвратительно! Это… запретно. Хотя спустя пару месяцев я и смог. Передумал. Почему я передумал? Почему я тогда смог уничтожить её? Поднял руку на слабого. Поднял руку на ребенка… Ник права — я мразь и чудовище. Уж лучше быть сумасшедшим, чем убийцей…

Зак вдохнул полной грудью воздух, свободный от астероидной пыли, и охнул — сердце чуть не взорвалось от ненависти, гнили и еще чего-то странного. Никогда до этого он не ощущал ничего подобного — Зак скривился: все же Семечка удивительно везучая, она не сошла с ума под влиянием пыли, а вот он — сошел. И вот как с этим жить?

Сердце жгла чужая непонятная ненависть. Страх разъедал душу, а вокруг ужасающая по своей красоте пастораль — в свое время пришлось заплатить огромную цену за оазис былой жизни, жизни без астероидной пыли. И речь шла не о гигаваттах энергии, затраченных на очистку, не о потраченных материалах или силах, речь шла о потерянных жизнях лордов. Жизнь каждого, любого, лояльного Королеве или нет лорда — это вопрос выживания всего человечества. И, к сожалению, жизней за очистку Пятого округа было заплачено не мало.

Ласково шелестели зеленые кроны деревьев. В бескрайних полях игрался ветер, пригибая тяжелые верхушки налившихся бутонами цветов. Высоко в небе, подозрительно синем, светило яркое, словно только что умылось, солнце. Пели птицы, обещая, что когда-нибудь вся Земля станет такой же…

Только не так, как затеял Холм Ольхи. Не так.

Только не так, как затеял Холм Ольхи. Не так.

Зак ехал по сельской дороге, вдоль которой тянулись уютные домики — в них жили отселенные из-за перенаселения в Холмах биомодификанты.

Чистенькие, счастливые жители улыбались Заку в лицо, кланялись и здоровались, провожали под пожелания долгой жизни и хвалы, привычные для людей, но он чувствовал их ложь, он ощущал их ненависть, он кожей осязал их страх. Никогда до этого он и не полагал, что низшие биомодификанты, лишенные дееспособности из-за неполной разумности, так относятся к людям.

Или я все же безумен и счастлив в собственном безумии.

Или я все же безумен и счастлив в собственном безумии.

Зак медленно ехал, вглядываясь в глаза биомодификантов. Он помнил — они не совсем разумны, они создавались специально, как слуги, они не люди, они ограничены в возможностях познания, но… Что-то ёкало в сердце, заставляя задумываться, а так ли все на самом деле. Когда-то и в разумность нанов не верили, когда-то не верили в то, что АСУ способны развиваться. Скорее надо к Королеве — это стоит обсудить. Если он, конечно, не сошел с ума от пыли.