— Ник, ты своими вопросами только тянешь время. Может, все же займемся делом?

— Вот отвратительно — копаться в чужой голове.

— Здесь нет нейронета. Я не копаюсь…

— Ты копался в Холме Ольхи. — напомнила Ник. — Этого более чем достаточно.

— Ниииик, это особенности существования роя. Почти ничего не скрыть.

— Да-да-да, потому вы и не умеете лгать.

— Смысла нет. А вот про танцы — байка. И про питание душами и силами людей в танце — тоже байка. Тамиор был совсем плох душевно. Так что с танцами — ложь. Мы просто любим движение.

— Утешил.

— Ник, хватит оттягивать.

Она еле нашла силы сознаться — Лину бы сказала легко, а тут же Зак. Зак, которому сложно доверять. До сих пор сложно, хоть все понимаешь и помнишь о роли роя в его поступках.

— Это вся моя жизнь, которую я помню, Зак.

— Ник, — его голос стал мягче, в голове Ник на всякий случай загорелся вызов элтела.

Она проворчала:

— Сбрось. Мне сейчас только тебя в своей голове не хватало.

Он сбросил вызов. Вздохнул, что-то шепча про «лучше».

Ник снова попыталась объяснить то, что чувствовала:

— Я же почти ничего не помню о себе, и дом — вся моя жизнь, все, что я знаю.

— Это не так, Ник. Огромный пласт твоей жизни лежит вне дома. Лин, штурм-отряд, Ханыль, Холмы…

— Тебе не понять, — отрезала она.

Он фыркнул. Вздохнул. Наверняка криво улыбнулся, потому что сказал: