Мэд рванул вперёд. Его дробовик был заряжен обычными иглами, что вовсе не гарантировало убийство стрелка. Скорее всего, на нём бронежилет, а значит…

Максим вылетел на площадку, держа оружие наготове. Никого не было видно.

— Проклятье!

Гоп подбежал к краю и увидел, как снайпер приземляется на площадку тремя метрами ниже. Он отцепил трос, по которому спустился и, задрав голову вверх, поднял руку и показал Мэду средний палец.

Это стало его ошибкой. Если до этого мига Мэд ещё мог бы поступить адекватно, попробовать выстрелить ещё пару раз, что, скорее всего, не принесло особого результата и позволило снайперу сбежать, то оскорбительный жест сорвал последние предохранители, что ещё оставались в голове гопа. Мэд перебросил дробовик за спину и опёршись на перила, перемахнул через них и спрыгнул вниз!

Прыжок оказался удачным во всех отношениях. Во-первых, Мэд себе ничего не сломал. Это было значительное достижение, учитывая нелюбовь к физическим упражнениям как в первой, так и второй жизни. Во-вторых, он не просто приземлился на площадку, а врезался прямо в повернувшегося спиной снайпера. И, наконец, в-третьих, ему удалось не просто сбить противника с ног, а нокаутировать его!

Перевернув стрелка на спину, Максим сорвал с него закрывающую лицо маску. Увидев, кто был снайпером, молодой гоп выругался. Саргон! Это был Саргон! Не в силах сдержаться, Мэд ударил в ненавистное лицо кулаком. Этот удар привёл снайпера в чувство. Тот открыл глаза. Максим замер, так и не ударив повторно. Он сидел верхом на гаде, убившем Ксоко и смотрел на него. Сфокусировавшись, Саргон увидел Мэда и почти сразу всё понял. Гадкая ухмылка появилась на его лице.

— Что ж, похоже, на этот раз ты меня переиграл, парнишка! — произнёс Саргон. — Я сдаюсь.

Мэд зарычал прямо в ненавистное лицо. Снайпер расхохотался, увидев это.

— Я сдаюсь, слышишь? Полагаю, Ширен будет рада увидеть меня живым и здоровым. Ей понравится то, что я могу рассказать.

В мозгу снова щёлкнуло. Гнев преодолел планку, вернув хладнокровие и ясность мыслей. Мэд поднялся на ноги, глядя на распростёртого перед ним Саргона. Затем медленно достал дробовик и направил его на лежащего.

— Воу-воу, полегче! Я же сдался!

Мэд положил палец на спусковой крючок. Снайпер прищурился, понимая, что предыдущие доводы не сработали. Посему он поспешно продолжил:

— Я же не убил тебя! Хотя мог это сделать десятки раз! Я не убил тебя!

Мэд холодно улыбнулся и сказал:

— Это было твоей ошибкой.

После чего нажал на спусковой крючок, всадив заряд игл прямо в лицо снайперу.

Хакер добрался до них через минуту. Мэд всё так же продолжал стоять, глядя на обезображенного мертвеца. Стрелку пришлось постараться, чтобы привести гопа в чувство. Лишь напоминание о долге, о приказе вернуло Максиму способность размышлять. Горечь потери никуда не делась. Даже свершившаяся месть не утолила ненависть, пылающую в сердце. Оставалась слабая надежда, что если убить ещё кого-нибудь, станет полегче.