– Жаль, что мы не можем пожать руки друг другу. – «Жаль», по-видимому, мое излюбленное слово, поэтому я снова им воспользовался. – Жаль, что ты застрял в черной дыре. Я рад, что ты выбрался из нее. – И чтобы прояснить отношения, потому что Дейн Мечников всегда предпочитал ясные отношения, он ответил:

– Я не выбрался. Нас вытащила Клара.

И только тут я вспомнил, что Альберт говорил мне: Мечников советуется с адвокатами.

Вы должны помнить, что я на самом деле ничего этого не говорил. Говорил мой двойник.

Для того чтобы говорить через двойника, есть два способа. Первый: создать двойника и предоставить ему самому вести разговор – он сделает это не хуже вас. Второй – если вы нервничаете, ерзаете, вам не терпится услышать, что происходит. Именно в таком состоянии я находился. В таком случае вы суфлируете своему двойнику. Это означает, что я передаю текст двойнику за миллисекунды, а он озвучивает в темпе плотских людей. Поняли? Словно солируешь, а группа не знает слов, и кто-то должен ей их подсказывать:

и так далее, только я не дирижировал толпой пьяниц у пианино, а передавал фразы своему двойнику.

И между фразами у меня оставалось много времени, чтобы думать и наблюдать.

Наблюдал я главным образом за Кларой, но уделял внимание и двоим мужчинам с нею.

Хотя двигались они медленнее улиток, я заметил, что Мечников протянул руку для пожатия. Это хороший знак. Значит, он не винит меня в том, что я оставил его вместе с Кларой и остальными в черной дыре… если бы не тот факт, что он обратился к адвокатам.

Второй мужчина, стоявший с Кларой, был мне совершенно незнаком. Взглянув на него, я не очень обрадовался увиденному. Сукин сын слишком хорошо выглядел. Высокий. С бронзовой кожей, улыбающийся, без намека на животик. Он в это время снова привычно клал руку на плечо Клары, пока она разговаривала со мной.

Я объяснил себе, что это не имеет значения. Клара держалась за руки и с Дейном Мечниковым, а почему бы и нет? Они старые друзья – к несчастью, чуть больше, чем просто друзья. Но это только естественно. Второй парень положил руку ей на плечо? Ну, это ничего, в сущности, не означает. Всего лишь дружеский жест. Он может быть родственником, или, не знаю, психоаналитиком, или еще кем-то. Помогает ей преодолеть шок от новой встречи со мной.

Взгляд в лицо Кларе не прояснил этого вопроса, хотя я смотрел на нее с удовольствием и вспоминал все другие случаи, когда с любовью смотрел ей в лицо.

Она не изменилась. По-прежнему выглядела как моя вечная и глубоко любимая единственная (или, во всяком случае, одна из очень немногих) Истинная Любовь. Эта Джель-Клара Мойнлин неотличима от Клары, которую я оставил в пространстве вблизи кугельблитца непосредственно перед своей смертью, а та, в свою очередь, ни на волос не отличалась от Клары, которую я оставил в черной дыре десятилетия назад.