Альберт сказал:

– Это неудивительно, миссис Броудхед. Генерал Хеймат по крайней мере дважды пытался убить Робинетта. И вероятно, каждый террорист на Земле поступил бы так же, если бы у него была возможность.

– Больше не давай им возможности сделать что-нибудь плохое, Робин, – попросила Эсси. – Давай. Действуй. И, дорогой Робин, будь очень осторожен. Злые старые террористы ничто по сравнению с другими опасностями, которые тебе угрожают!

14. Зайцы

Я думаю, мне стоит здесь вернуться немного назад.

Когда сообщение о передаче в кугельблитц достигло ЗУБов, там началась лихорадочная деятельность. Программы и люди в гигабитном пространстве определили источник передачи и установили, что это остров Моореа в Тихом океане. И произошло это так быстро, что удовлетворило даже меня.

Потом пришлось нажать на тормоза, потому что следующее решение предстояло принять плотским людям.

Они сделали это так быстро, как только могут плотские люди, нужно отдать им должное, но все же люди из плоти не годятся, когда нужна настоящая скорость. Прошло много-много миллисекунд, прежде чем был сделан следующий шаг, и еще очень много, пока этот шаг начал приносить последствия. Отключили остров Моореа от электроэнергии. Повсюду отключили все источники электромагнитной энергии на острове. Моореа оказался в карантине. Больше никаких сообщений отсюда не поступит.

Это был правильный поступок, и я с ним согласен. Но на это ушло так много времени! А потом потребовалось еще много-много времени для следующего шага. Никто не знал, что делать. Альберт, Эсси и я сразу поняли, что происходит, но нам понадобилось бесконечно долгое время, чтобы убедить плотских людей, что мы правы, и заставить их совершать нужные шаги.

С самого начала было ясно, что Враг находится на Земле. Альберт и я снова и снова возвращались к этому на протяжении тысяч миллисекунд, и другого объяснения просто не было. Эти «ложные тревоги» на Сторожевом Колесе совсем не были ложными. Мы умудрились довести это – за много миллисекунд – до сознания плотских людей. Будь прокляты их души, они начали спорить!

– Вы не можете этого знать, – возразил генерал Халверссен, и я закричал (насколько я могу кричать на плотских людей. О, как это медленно!):

– Верно, генерал Халверссен, что мы не знаем этого точно. Но наука строится не на точности; это всего лишь вопрос вероятности, а вероятность того, что наше утверждение верно, подавляющая. Никакой другой гипотезы просто не существует.

Можете себе представить, сколько времени занимает такой разговор?