— Это я во всем виновата! — говорила она. — Это я перепутала коробки!

— Да ладно, — сказала Бай Юй. — Ты мне только скажи — что у тебя за навязчивая идея была с этим подарком?! У тебя что, глаз нет? Как можно такое дарить?

Бай Юй расправила на столике наплечник с зайцами. Юй Ваньсин протянула изящную руку и отвернула краешек, стараясь не касаться ближнего монстра.

Ужас отразился в персидских глазах Юй Ваньсин.

— Я думала, это изнанка, — жалобно сказала Юй Ваньсин.

Тихо потрескивал хворост с жаровне.

Зайцы, злобно оскалившись, взирали на мир.

Бай Юй не выдержала первая:

— Ха-ха-ха-ха!

Бай Юй, Юй Ваньсин и Ли Лэ хохотали, пока слезы не потекли. Все-таки, генерал Сян, получивший в подарок крысу, был слишком смешной — особенно, когда он был далеко и не мог их слышать!

— Я хотела попросить за тебя, — утирая веселые слезы, сказала Юй Ваньсин, — Но наш господин и слушать не хочет. Ты не волнуйся, он не будет долго злиться. Это неправда, что он больше никогда не захочет тебя видеть…

— Как будто я его очень хочу видеть, — буркнула под нос Бай Юй.

Однако, Небесный дао непредсказуем и жесток.

Очень скоро она снова увидела Сян Юя.

После этого их с Юй Ваньсин смех стал ее последним смехом на долгое время…

К вечеру, как ледяной поток, с неба упал холод. Он загнал людей в теплые дома и убил в них надежду, что весна когда-нибудь придет. Он проморозил до сердцевины кусты и деревья. Два глупых розовых цветка на дикой сливе замерзли и умерли, и упали на снег.

В такие ночи только неприкаянные души бродят по улице.

В такие ночи равнодушная луна молча смотрит на замерзающую землю.

Бай Юй уже засыпала, но тут Ли Лэ влезла к ней в постель. Наверно, она замерзла на своем сундуке. При этом сама Ли Лэ продолжала мирно спать, даже пока шла от сундука до кровати.

Бай Юй снова закрыла глаза, но на улице начал лаять Уи-уи.